Газета "Страна Калининград" продолжает проект "Переселенцы", в котором рассказывает о людях, в разное время приехавших в нашу область. С героем Владимиром Матвеевичем Никулиным, подполковником в отставке, журналисты встретились накануне двух праздников — Дня защитника Отечества и его дня рождения. В свои 93 года ветеран живет один и сам убирает квартиру, готовит, ходит в магазин. А какие истории рассказывает!
Когда началась Великая Отечественная война, парню было 19 лет. Владимир Матвеевич дошел до Берлина и там участвовал в одной из главных операций Красной армии, получил заслуженные медали. А в 1950 году переехал в Калининград.
— Село Тюково Орловской области, где я рос, было небольшое, 70 домов. Жили все в основном небогато, ходили в лаптях, держали хозяйство, огород. В 1930-х годах началась коллективизация: людей обязывали вступать в колхозы, отдавать лошадей и коров. В основной массе крестьяне идею поддержали — они были не против работать вместе на общее благо, ведь терять было нечего. Тем, кто жил зажиточно, пришлось тяжелее — у нас такая семья была только одна: их раскулачили, имущество забрали.
В сезон все трудились на колхозных полях, а зимой мужчины ездили на заработки — отец нашего собеседника, к примеру, строил ДнепроГЭС.
— Война не то чтобы стала шоком — люди этого ожидали, но и представить не могли, что она так затянется, и не осознавали всю серьезность происходящего. Долгое время, когда бои уже начались, мы жили обычной жизнью: колхозы работали, люди трудились и отдыхали, — вспоминает Владимир Матвеевич.
На фоне Победы
В 1941-м немцы захватили Орел и были уже близко от села, где жила семья Никулиных. И однажды люди увидели, как по улицам идут немцы: их не боялись, но мужчины старались не выходить на улицу и прятались, чтобы их не забрали (в это время на фронт ушли не все – многие, как и наш герой, по состоянию здоровья получили "белый билет". – Прим. авт.).
– Они ничего не жгли, народ не трогали. Боев как таковых не было: войска проходили через наше село, останавливались на ночь. А как раз перед новым 1942 годом немцы начали отступать и всех людей из нашего села забрали с собой (хотели использовать в качестве рабочей силы), разрешили взять скот и вещи. Так мы попали в соседнюю деревню километрах в шести, дальше должны были идти с войсками, но, поскольку охраны не было, сбежали и вернулись в село. Оказалось, что большую часть домов фашисты сожгли, так что расселились в оставшихся — в тесноте, но никто не жаловался, – вспоминает ветеран.
– Они ничего не жгли, народ не трогали. Боев как таковых не было: войска проходили через наше село, останавливались на ночь. А как раз перед новым 1942 годом немцы начали отступать и всех людей из нашего села забрали с собой (хотели использовать в качестве рабочей силы), разрешили взять скот и вещи. Так мы попали в соседнюю деревню километрах в шести, дальше должны были идти с войсками, но, поскольку охраны не было, сбежали и вернулись в село. Оказалось, что большую часть домов фашисты сожгли, так что расселились в оставшихся — в тесноте, но никто не жаловался, – вспоминает ветеран.
Вскоре в Тюково снова установилась советская власть. Но не для всех эта новость стала радостной.
– Пришел отряд СМЕРШ и начал зачистку: всех, кто контактировал с немцами, расстреляли. Среди этих людей были и такие, кто оказался среди «помощников» не по своей воле — помню, один из соседей умел говорить по-немецки, и его заставили переводить, за что потом и поплатился жизнью, – говорит наш собеседник.
В 1942 году, несмотря на проблемы со зрением, призвали и Владимира Матвеевича (два младших брата на фронт не попали), а потом его 52-летнего отца. Наш герой отправился в запасной полк, прошел обучение на артиллериста.
– Воевать я начал в Белоруссии. Чудом не угодил на Курскую дугу, куда отправилось большинство моих однокурсников — там они и погибли. Тогда я впервые увидел смерть совсем рядом: картофельное поле, около которого мы остановились, оказалось заминировано, за пару часов подорвалось три человека, – рассказывает ветеран. – Потом, конечно, смертей я видел много. Часто спрашивают, было ли страшно. Конечно! Все боялись, и я тоже. Но паники не было: когда рядом разрывался снаряд или кто-то погибал, брал себя в руки и думал лишь о том, как выполнить задание.
В затишье между боями текла ставшая обычной военная жизнь: каждый день нужно было в полной боевой готовности стоять на своем посту, приводить в порядок орудия. В свободное время солдаты в основном отсыпались. Иногда собирались вместе и пели, выпивали, но такие праздники случались редко.
Владимир Матвеевич прошел Польшу, участвовал в Берлинской стратегической наступательной операции, ставшей одной из главных в Великой Отечественной, – ее целью было не допустить объединения немецких войск. А потом начались уличные бои уже в самой столице Германии: наш герой со своим орудием расчищал дорогу на подступах к Рейхстагу и участвовал в штурме.
– Останусь жив или нет, не знал — вокруг погибало так много солдат, что надеяться на что-то было сложно. Но мне повезло, уцелел. Да еще и одни из последних выстрелов в этом бое сделал: так получилось, что, когда Рейхстаг уже капитулировал, у меня в орудии остались заряды. Вытащить обратно было нельзя, а оставить внутри считалось позором. Я нашел выход — выпустил их по зданию рядом, где как раз засели немцы и продолжался бой. Через несколько часов приехала съемочная группа, и я попал в исторические хроники – фотограф запечатлел меня около орудия на фоне Рейхстага. На снимке я с перебинтованной головой после контузии — рану мне лечил немецкий врач, – говорит Никулин.
Читайте далее на сайте "Страны Калининград".