"Девять из десяти людей сами выбрали наши курсы": в БФУ рассказали о втором годе работы регионального центра онлайн-обучения

Директор центра онлайн-обучения БФУ Владас Повилайтис на международной практической школе в ДВФУ | Надежда Хинчагова / FEFU.PHOTOS
Директор центра онлайн-обучения БФУ Владас Повилайтис на международной практической школе в ДВФУ Надежда Хинчагова / FEFU.PHOTOS

В последние несколько лет онлайн-обучение стало мировым трендом в образовании — по данным за 2018 год, в интернете были размещены более 11 тысяч курсов от 900 университетов, на которые записались 100 миллионов студентов.

В России это образовательное направление также развивается — в 2017 году в стране появились десять региональных центров компетенций в области онлайн-обучения в рамках приоритетного проекта "Современная цифровая образовательная среда в Российской Федерации". Одним из них стал центр онлайн-обучения в БФУ им. Канта, на курсы которого к концу 2018 года записались около 80 тысяч человек.

Всего на счету центра 59 курсов, из которых 44 открытые, их может бесплатно пройти любой желающий, зарегистрировавшись на интернет-площадках Stepik и "Универсариум". На общедоступных курсах можно изучить историю, философию, риторику, логику, обществознание и другие дисциплины.

Ещё одно направление деятельности центра — это очные и онлайн-курсы повышения квалификации, часть которых создана специально для того, чтобы обучить сотрудников образовательных организаций самостоятельно разрабатывать и применять в своей деятельности онлайн-курсы. Их прошли преподаватели не только из Калининграда и Калининградской области, но также из Минска, Уфы, Екатеринбурга и Владивостока — в общей сложности 310 человек за 2018 год.

Об особенностях университетских онлайн-курсов, диалоге со скептиками и будущем онлайн-обучения рассказал директор РЦКОО БФУ, доктор философских наук Владас Повилайтис.

— Сейчас на ваших курсах учатся около 80 тысяч человек. На ваш взгляд, это много? Можно ли назвать это успехом?

— Я бы сказал, что это можно назвать успехом вот по какой причине: количество тех, кто учится на наших курсах добровольно, раз в десять больше тех, кто записался на них в силу необходимости. То есть девять из десяти людей сами выбрали курс и сами попробовали его изучить. Для меня это показатель того, что мы делаем интересный контент. И в этом смысле это успех.

— Чем курсы вашего центра отличаются от других онлайн-курсов?

— С одной стороны, ничем, а с другой стороны, можно сказать, что всем. Думаю, у всех курсы довольно индивидуальные: у каждого производителя свой стиль, своя репутация, своя аудитория и свои представления о том, как и на кого он работает.

Пожалуй, наше отличие заключается в том, что мы ставим высокую планку по качеству и считаем нашим заказчиком тех, кто в итоге будет проходить курсы. Наша целевая аудитория — это обычные студенты, то есть люди от 18 до 24 лет. И мы не снижаем качество содержания курсов, но по форме ориентируемся на молодую аудиторию. Этот момент для нас принципиален.

— Чем университетские онлайн-курсы отличаются от коммерческих? Чему вузы могут научиться у коммерческих площадок?

— Коммерческое образование — это вообще история про деньги в первую очередь, про прокачку скиллов, про навыки, про монетизацию. Там нет никакой романтики. Ни одна из коммерческих площадок не делает курсы по гуманитаристике, потому что их невозможно продать. Но это не значит, что у них нет аудитории — просто нет аудитории, которая за них готова платить. Коммерческий контент — это всегда конкретные кейсы, которые ты потом можешь монетизировать в своей работе. Ты платишь за то, чтобы учиться и при помощи этого больше зарабатывать.

Чем занимаемся мы — мы формируем личность, образовываем человека. На этом заработать нельзя, платить за это люди будут с большим трудом. Имея в виду это различие, у коммерческих структур можно научиться нацеленности на результат и подаче материала.

— Как сделать курсы по гуманитарным дисциплинам востребованными? Возможно ли это вообще?

— У нас в основном гуманитарный контент, и мы начали беседу с того, что у нас 80 тысяч записавшихся — значит, курсы по гуманитарным дисциплинам востребованы. Я думаю, что такой контент необходим, но его нужно делать нормальным человеческим языком для нормальных людей. С одной стороны, не считать, что люди — идиоты, а с другой стороны, не поучать их.

— Многие из преподавателей противятся развитию онлайн-обучения. Почему?

— Есть несколько причин, по которым люди сопротивляются онлайн-обучению. Самая неправдоподобная звучит так: я запишу свой онлайн-курс, и меня уволят. Сколько работаю в этой области, не знаю ни одного примера, когда человек попал бы под сокращение после записи онлайн-курса — такого в природе нет.

Есть другие истории, когда университеты решают частично или полностью заменить преподавателей курсами других университетов. Конечно, люди боятся остаться без работы, без стабильного источника дохода и при этом не хотят учиться ничему новому. Но не потому, что они ленивые, а потому, что чувствуют опасность: многие из них ответственно подходят к образованию и считают, что вот так просто взять и заменить одно другим — это безответственно.

Я с ними абсолютно согласен и считаю, что вообще в любом деле нужны скептики, они являются необходимой частью сообщества преподавателей и позволяют оценивать выдвигаемые оптимистами тезисы. Если идея онлайн-обучения реально стоящая и толковая, то тогда она победит, а в этой дискуссии просто определяется её место.

— Как можно изменить отношение преподавателей к онлайн-обучению?

— Как только мы начинаем работу с людьми и предлагаем им внятный пошаговый план, большинство из них становится нашими сторонниками, увидев, что всё может быть достаточно рационально выстроено.

Кроме того, это вопрос на будущее. Технологии назад точно не пойдут, следовательно, это во многом вопрос выживания. Через несколько лет онлайн-обучение займёт свою нишу, оно будет выглядеть не так, как сейчас, но точно будет присутствовать. И у человека есть выбор: либо цепляться за старое, либо попробовать сделать что-то интересное в новом, изменяющемся мире.

— Как вы относитесь к заявлению ректора Высшей школы экономики о полном отказе от традиционных лекций в пользу онлайн-курсов?

— Я бы рекомендовал обратиться к преподавателям ВШЭ и спросить, как они видят эту ситуацию. Если ректор это предложил, значит, в данном вузе это имеет смысл, значит, образованию там это пойдёт на пользу. Если какому-то университету это будет полезно, то пускай делают.

— А как вы оцениваете эту идею с точки зрения распространения на все российские вузы?

— В плане технической реализации там масса сложностей. Это во-первых. А во-вторых, есть такие вещи, как научные школы, преподаватели, связанность, преемственность — есть многое, за чем люди приходят в университет. И это онлайн не передать.

— Каким вы видите будущее онлайн-обучения?

— Пока скорость интернета будет расти, люди будут пользоваться этим каналом. Если посмотреть нашу аналитику, то становится ясно, что перед каждой сессией наблюдаются пики: люди приходят, смотрят, слушают в три-четыре раза больше, чем обычно. Они будут продолжать искать онлайн-курсы, потому что это удобный и комфортный способ получения информации. Онлайн-обучение не убьёт и не заменит традиционное образование, но должно его дополнить.

на правах рекламы
2 621