Для веткардиолога Руслана Путина слова «собачье сердце» — это не просто название знаменитого романа, но то, с чем он имеет дело каждый день вот уже семь лет. О том, как лечат аритмию и пороки клапанов у животных в Калининграде, ветеринарный врач рассказал «Клопс» во вторник, 17 ноября.
Ветеринарный кардиолог лечит не только собак. Кроме них (и, безусловно, кошек) встречаются и экзотические пациенты — змеи, черепахи и даже волнистые попугайчики. Однажды предлагали по случаю «попрактиковаться» и на сурикате. Но сердечно-сосудистая система, отмечает ветеринар, «в целом у всех млекопитающих достаточно похожа».
Разница в другом — в том, что животные не скажут, что слева в груди колет или ёкает. Обычно хозяева обращаются к врачу, потому что питомец стал «каким-то скучным»: не играет, ест без аппетита. И — да: такая внезапная меланхолия — достаточный повод для беспокойства. Ведь в группе риска по заболеваниям сердца, как без паузы отвечает Руслан Сергеевич, «вообще абсолютно все».
Инфаркт от стиральной машинки
В первую очередь это касается кошек. Беспородные, сфинксы, мейн-куны, британцы, шотландцы обычные и вислоухие. Кстати, несмотря на бытующее представление о том, что «беспородным-то всё нипочём», в ветеринарных исследованиях чаще фигурируют как раз они. Отчасти потому, что их просто физически больше. Но и статистика по сердечным патологиям для «дворян» самая обширная.
Спровоцировать сердечный приступ у совершенно здоровой кошки, к сожалению, проще чем кажется. Иногда для этого достаточно просто сильного стресса.
«У нас была история со здоровым изначально котом, — говорит Путин, — сфинкс, три месяца — с уже приобретённым заболеванием сердца. Совсем котёнок!
У него просто возникла какая-то одышка, и хозяева приехали: что-то он странно дышит. А там уже привет, надо лечить».
Стрессом для котика, напомнил ветеринар, может быть всё что угодно — от переставленного в непривычное место лотка до внезапно застучавшей под ухом стиральной машины.
Поэтому, даже если особых катаклизмов вроде бы дома не замечено, но кошка «странно дышит», открывая рот — понаблюдайте. Если одышка быстро прошла и не повторялась — всё хорошо. А вот если сохраняется долгое время, лучше провериться. И ещё лучше — ежегодно для профилактики делать питомцу УЗИ сердца.
О чём шумят йорки и шпицы
У собак список проблемных пород тоже длинный, но тут можно говорить о более вероятных рисках для разных групп. Например, отдельно упоминает Руслан Путин мелкие породы — йорков, шпицев, пекинесов, той-пуделей и других миниатюрных питомцев.
«У маленьких пород собак просто есть предрасположенность к заболеваниям митрального клапана, — объясняет он. — Это эндокардиозы, в основном — изменение соединительной ткани, которое с возрастом ещё и прогрессирует».
Это, конечно, не закон: встречаются и 18-летние старички с совершенно здоровым сердечком. Но иногда проблемы дают о себе знать уже в 4-5 лет, в самом расцвете молодости.
Поэтому таким собачкам, по словам Руслана, в идеале уже с восьми лет стоит раз в год делать кардиологическое обследование. И даже тем, кто до узкого специалиста пока не добрался, стоит проконсультироваться у ветеринара общей практики.
«Самое важное — чтобы терапевт на первичном приёме хотя бы послушал пациента, — говорит врач. — Все эти маленькие породы собак, если мы говорим про заболевание митрального клапана, — сильно «шумят» (то есть фонендоскоп позволяет расслышать шумы в сердце — ред.), и это сразу заметно».
Холтер для добермана
С крупными породами, признаётся он, всё сложнее. Доберманы и боксёры — отдельная большая группа риска. «Они-то как раз-таки не шумят, их не выслушать, — поясняет Руслан. — Поэтому рекомендуется раз в год полноценное обследование».
У этих двух пород особенно часто встречаются аритмогенные проблемы правого желудочка и дилатационная кардиомиопатия — генетическое заболевание, при котором сердце растягивается и хуже перекачивает кровь. На ранних стадиях по УЗИ ещё можно ничего не увидеть. Но больное сердце уже даёт небольшую аритмию.
«Тогда мы вешаем холтер и мониторим состояние животного, всё как у человека, — говорит Путин. — Это прям золотой стандарт исследования у доберманов. Потому что мы должны понимать, сколько у нас за сутки нарушений ритма. Если их слишком много — есть риск той же самой внезапной сердечной смерти».
По его опыту, примерно у 20% доберманов и боксёров, которые доходят до кардиолога, находят серьёзные проблемы с сердцем — от начальных изменений до тяжёлых состояний.
От одышки корги казался больше вдвое
Из тяжёлых, но счастливых случаев в своей практике Руслан вспоминает щенка корги с врождённым пороком сердца — открытым артериальным протоком. Малышу исполнилось лишь около четырёх месяцев, когда выяснилось, что он нездоров — и что всё очень серьёзно.
Малюсенькая собачка, крошечная, — рассказывает врач. — Это уже само по себе непросто. А у неё ещё и порок».
Одышка у щенка была очень сильной — когда тот делал вдох, грудная клетка расширялась так, что вся собачка, казалось, становилась больше вдвое.
К счастью, такие патологии оперируют, причем лечение можно провести, не уезжая из Калининграда. Команда готовила крошку-корги к операции около двух недель. Сделав разрез в грудной клетке, врачи перетянули неправильно работавший сосуд.
Вмешательство было рискованным, но хозяевам пришлось делать выбор. «Либо мы идём на это — и дарим шанс, либо он дальше будет мучиться», — вспоминает Руслан разговор с владельцами.
Операция прошла успешно. Первые три дня щенок не был стабилен, но состояние удалось выровнять. Сейчас, говорит Путин, его маленький пациент живёт обычной собачьей жизнью.
Девять месяцев в подарок
В более сложных случаях пациентов калининградские врачи перенаправляют в крупные клиники в Москве и Санкт-Петербурге. Вспоминает Путин кавалер-кинг-чарльз-спаниеля, у которого был тяжёлый порок митрального клапана.
«Он лечился у нас долго, несколько лет. Мы всеми возможными способами поддерживали его», — говорит Руслан. Но в какой-то момент стало ясно, что терапии уже недостаточно.
Собаку готовили к замене митрального клапана в Санкт-Петербурге, но уже на столе хирурга стало ясно, что это технически невозможно: риск осложнений перевесил. Вместо этого врачи создали дефект межпредсердной перегородки, чтобы снизить давление в сердце.
Это не стало спасением, но дало облегчение ещё на девять месяцев. Свой последний год спаниель прожил без боли.
Как понять, что животному нужна помощь
Главный домашний маркер, на который кардиолог просит обращать внимание, — устойчиво затруднённое дыхание.
«Если мы говорим про симптоматику, первые признаки — это одышка, кашель, потеря сознания. У любого вида животного: у кошек, у собак, у морской свинки», — перечисляет он.
Контролировать дыхание питомца нужно в покое: когда тот спит или спокойно лежит в привычном месте. Проще всего снять сон любимца на видео, а потом засечь минуту и посчитать вдохи.
«Так мы проверяем его частоту дыхания, — объясняет врач. — Должно быть до тридцати в минуту. Если это так — значит, всё у вас в порядке, всё хорошо, животное здорово».
После игры или волнения кратковременная одышка допустима; но если животное быстро задыхается уже при небольшой нагрузке, тяжело дышит в покое, у него синеют слизистые, увеличивается живот — это повод срочно показывать его врачу.
Фамилия значения не имеет
Фамилия героя — отдельная тема. На вопрос, каково быть однофамильцем президента, ветеринар только улыбается — другой ситуации в его жизни не было никогда. Но к шуточкам, подначкам и удивлению он давно привык.
Хозяева животных, конечно, радуются, но мне-то приходится работать», — говорит он.
Но для его пациентов важна не фамилия, а то, чтоб человек в сером ветеринарном халате вовремя услышал тревожный шум в их маленьком сердце. И успел помочь.
Зачем кричать овчарке «кис-кис» и как в Калининграде живут и служат патрульные собаки, узнал «Клопс».