Интервью
Автор: Екатерина Медведева
22.11.2017
13:36

Во время дождей сердце ёкало за Остров. Но все утонули, а он нет

Фото: Александр Подгорчук Фото: Александр Подгорчук
Фото: Александр Подгорчук
В правительстве Калининградской области Максим Федосеев отвечает за сферу ЖКХ и строительства, совмещая при этом две должности — зампреда и профильного министра. О том, как проходит газификация региона, на что могут рассчитывать владельцы затопленных квартир и почему "островитяне" могут спать спокойно, Федосеев рассказал в интервью Клопс.Ru.

О газификации

— Максим Владимирович, начнём с самой болезненной для некоторых сейчас темы — с газификации. Как развивается эта программа в регионе?
 
— За последние шесть лет к природному газу подключилось более 250 тысяч человек. Всего им пользуются около 650 тысяч — это 66% от всего населения Калининградской области. Пять лет назад этот показатель был порядка 58%. Сейчас на среднероссийский выходим. Из крупных населённых пунктов у нас осталось газифицировать Черняховск, там сейчас контракт реализуется на 70 млн рублей. Более пяти тысяч человек, если я не ошибаюсь, получат по нему газ, в перспективе — подключение оставшихся жителей города. 
 
Самое главное — газификация Балтийска и её завершение в Светлом. В феврале ждём положительного заключения экспертизы по магистральному газопроводу. История давняя и скандальная, боюсь сглазить. Самих работ там буквально на три месяца, к следующему отопительному сезону должны успеть. 
 
С "Газпромом" подписали программу серьёзную, какой не было у нас ещё. По ней достаточно много сельских населённых небольших пунктов будут газифицироваться в ближайшие пять лет. 
 
В плане до 2023 года достичь 75% газификации региона, я думаю, мы его перевыполним. 
 
— Вы всеми подрядчиками довольны или есть те, кого вы внесёте в чёрный список?
 
— Конечно, не всеми. Но у нас глобальных сбоев за последние лет пять-семь, за исключением Черепаново, не было. 
 
Есть другая проблема. Сегодня разбирали один проект, он делался три-четыре года назад. За это время администрация согласовала в этих же коридорах другие инженерные сети. В результате подрядчик выходит, копает — а там уже чужая труба. Мы переделали весь проект, сроки затянулись. Кто виноват в этом? Все хорошие, а предъявить некому.
 
— А что делать людям, которые рассчитывали на определённые сроки, срезали у себя дома котлы?
 
— Под Зеленоградском посёлок лет пять, наверно, стоял без газа, отрезанный от всех. Хотя мы всегда говорим муниципалитетам, чтобы в газетах, в объявлениях уведомляли население: пока в трубе не появится газ, не нужно демонтировать старую систему отопления. Сбоев таких, слава богу, за последнее время немного. 
 
— Что будет с маленькими посёлками? В некоторых бабушки переживают, что к ним, в несколько домов, газ не дойдёт.
 
— Возможно, и не дойдёт, есть же ещё экономическая целесообразность. Популизмом легко заниматься, а дело делать чуть-чуть сложнее. Давайте соберём муниципалитеты и скажем: проект газификации для маленького населённого пункта стоит 150 млн рублей. Давайте их выделим. Что хочет муниципалитет? Газифицировать три дома? Или сделать, например, пятнадцать больших спортивных площадок, где будут заниматься 30 тысяч человек? Или построить детский сад, куда пойдут 200 человек? Стопроцентной газификации не может быть. 
 
— Говорят, магистрали, которые идут к нам из Литвы, не справляются с нагрузкой, поэтому временно прекращено подключение объектов к сетям.
 
— Прекращено по другой причине. В прошлые годы выдавали техусловия организациям, которые завышали расчёты в заявках и либо не потребляют газ, либо потребляют в заниженном объёме. Так называемого бумажного газа, термин такой есть, достаточно много. Сейчас есть проблема, которая тянется уже месяца три. В ноябре мы её окончательно решим.
 
Номинальная производительность газопровода — 2,5 млрд кубометров. Мы за прошлый год потребили в районе 2,2, то есть 300 миллионов осталось. Из 2,2 млрд 1,5 потребляет ТЭЦ-2, население — порядка 300. Запас в 100–300 миллионов пойдёт на развитие ещё области. У нас по поручению президента строится газификационный терминал с минимальной мощностью 2,7 млрд, делается подземное хранилище газа, всё это для того, чтобы обеспечить развитие области на годы и годы вперёд. 
 
— Какие-то объекты сейчас стоят, ждут техусловия. Они получат их потом? 
 
— Получат, конечно. 100%. Если бы гипотетически такой кошмар мог бы произойти, то это бы означало, что 40–50 тыс. человек уволились бы, газификацию области остановили, предприятия закрыли, на границе повесили замок и сказали: "Ребята, извините, мы тут больше не живём". Это невозможно ни при каких обстоятельствах. 
 
Технических возможностей выше крыши. Но газ неравномерно потребляется: зимой больше, летом меньше, а в сумме получается 2,2 млрд. Есть ещё подземное хранилище газа. Это такая бочка с газом, зарытая в землю. Туда в ближайшей перспективе можно будет закачать столько, чтобы потом почти всю зиму жить только на нём. 
 
— А регазификационный терминал?
 
— Это, по сути, кораблик с газом. Он швартуется в Куликово, где строится причал, подключается к трубе, идущей в ПХГ, сливает газ и уходит. Такая дополнительная штукенция может привезти нам в год 2,7 млрд кубов газа. 
Кстати, рядом с ПХГ будут добывать соль. Стена к стене с хранилищем строится целое предприятие. Там огромное количество соли будет производиться.
 
— Когда мы всю страну начнём солью снабжать?
 
— Скоро завалим всю страну такой солью, и себя в первую очередь. 

Об Октябрьском острове

— Всех сейчас интересует остров Октябрьский. Инвесторы, которые там будут строить, могут рассчитывать на газовое отопление?
 
— Конечно. Единственное — не хотелось бы индивидуального газового отопления в тех местах. Вообще такое отопление — это штука хоть и приятная, но имеет последствия. Одно дело — эксплуатировать и обслуживать котельную как опасный производственный объект, другое дело — иметь кучу маленьких котельных по домам. У нас это строительство началось лет пятнадцать назад, вряд ли раньше. Эти котлы и сети условно новые. А что будет через 15 лет? Все ли эксплуатируют, обслуживают своё котловое оборудование так, как нужно? У нас был случай один, очень печальный. Произошёл взрыв бытового газа. Оказалось, что датчик, который отключал котёл при утечке или отсутствии тяги, не работает: туда ручку воткнули, чтобы он не пищал лишний раз и не мешал греться. И всё, семьи нет. 
 
— В таком случае предусмотрено ли строительство газовой котельной на Острове?
 
— У нас на Южной котельной уже есть запас мощности, необходимый для всего Острова. 
 
— Что по поводу строящейся там сети, предусмотрено ли водоотведение?
 
— А вы давно были на Острове?
 
— Я живу на Острове. 
 
— Хорошо, спрошу по-другому. Когда вы там тонули? Утонуло всё, кроме нашей площадки, где мы сделали уже дренаж. Есть уже парковки, есть частичное благоустройство, делаются дороги, и всё водоотведение выполнено. Вот съездите, посмотрите. 
 
Понятное дело, когда месяц идут ливни, там лужи стоят — не море, а просто лужи. Я вчера был на Острове, где водоотведение сделано, там всё сухо. С этого края мы сейчас заканчиваем работы по дренажу и по ливнёвке, до Нового года, думаю, завершим. А потом ещё электричество подключим, и всё, вода уйдёт. Вода держится понятно почему: здесь шпунтовая стенка, тут работы ведутся, и водоотвода нет. Куда ей уходить? 
 
— Набережные тоже защищены? 
 
— Когда Преголя поднималась, со стороны Парадной набережной ничего не затопило. Со стороны ул. Карбышева вода поднялась вровень со стройплощадкой, до самой нижней точки. Дальше будут откосного типа укрепления разной высоты, будут деревца, поверх пойдёт пешеходная зона с местами отдыха. 
 
— А Парадную набережную во время дождей проверяли?
 
— Проверяли именно тогда. И губернатор там был, и я ездил. Когда дожди пошли, конечно, сердечко ёкало за Остров, мягко говоря. Но все утонули, а он нет.
 
— Те, кто видел строящуюся Парадную набережную с реки, были убеждены, что там забивают старый и ржавый шпунт. Это так?
 
— Там представители разных проверяющих организаций бывали на проверках. Все сертификаты предоставлены, и я не понимаю, как люди определяют на глазок издалека. 
 
— А пресловутые плавающие грунты, которые, по словам Александра Георгиевича Ярошука, всё время уходят. Инженерные сети строятся с учётом таких грунтов? 
 
— Все объекты на Острове будут строиться на сваях, как любое подобное капитальное строение в любой подобной точке земного шара. Возможно, какая-то часть зелёнки просядет, это естественный процесс. Инвестору, который появится не раньше конца следующего года или позже, нужно будет решить — защищать дополнительно свою зону благоустройства или нет. И сети у нас на сваях. Даже если весь мир рухнет, они будут стоять ровно там, где были. 
 
Почему ещё идёт задержка? Потому что вот эта так называемая консолидация грунтов — это достаточно сложный процесс. 

О капитальном ремонте

— Вдоль протокольного маршрута на Острове капитально ремонтируют дома. Люди не понимают, почему говорят: вот здесь был ремонт, а рядом, на Павлова, 20, даже леса было поставили, а потом разобрали. То есть по ошибке поставили?
 
— В этом году на Острове по протокольному маршруту отремонтировали десять домов. И есть один угловой, который по ошибке не попал в эту программу. Мы добились, чтобы его включили в краткосрочный план с привлечением федерального бюджета. Средства мы получим по итогам реализации энергоэффективного ремонта. Я специально недавно там проехал, этот дом как бельмо в глазу. Мы его обязательно сделаем. 
 
А по остальным, извините, на что средств хватило. Я живу по принципу: надо каждый день делать что-то хорошее. Вот раньше не было благоустройства дворов. Жили 50 лет без них, никто не возмущался, а сейчас всё хотим одномоментно. Так и здесь: что смогли, то включили в программу капремонта. Уже хорошо, что мы эти девятиэтажки сделали. Кстати, нравятся?
 
— Внешне нравятся.
 
— Это достаточно бюджетный вариант, но мы все делаем с обязательным утеплением.
 
— Претензий к качеству ремонта у вас нет?
 
— По Острову глобальных проблем вообще не было. Вот на Ленинском проспекте, конечно, намного сложнее. Нас очень сильно подвёл проектировщик, который последние технические решения выдавал в сентябре вместо мая. Не буду пока называть его, но проектировщик очень известный.
 
— То есть это по его вине крыши пришлось ремонтировать в сезон дождей?
 
— Фасад нельзя завершить, пока не сделаешь ряд элементов крыши. А крыши там очень сложные, ошибиться нельзя. На сегодняшний день абсолютно все технические решения приняты, к 30 ноября мы должны основную часть работ закончить. К сожалению, есть ряд домов, которые завершим уже в декабре.
 
— А гостиницу "Калининград" нельзя обновить? 
 
— Это частный собственник, заставить мы его не можем. Дом справа — мы его в едином ансамбле с гостиницей делали. Нам очень понравилось такое решение, если советскую архитектуру делать в таких тонах, то дома получаются яркие. 
 
— Что насчёт претензий людей, у которых затопило квартиры из-за разобранных на ремонт крыш?
 
— Эти дома на особом контроле. Я выезжал в самый длинный из них. Спасибо большое людям, которые это терпят. Думаю: где же мы так нагрешили, что месяц заливало? В некоторых местах больше пострадали подъезды. Сейчас подрядчик за свой счёт устраняет причины, по которым жилые помещения оказались залиты. До конца ноября закроем крыши уже практически на всех домах. 
 
— А квартиры?
 
— Пока не урегулируется вопрос с собственниками залитых помещений, ни один рубль за выполненные работы по этим домам выплачен не будет. Шантажа мы тоже не допустим. Подрядчик либо сам устранит ущерб, либо выплатит материальную компенсацию, оценив последствия.
 
Не надо быть великим экономистом, чтобы понять: жильё в этих домах подорожает. Практически во всех домах, кроме одного, мы поменяли систему отопления полностью. Жителям осталось чуть-чуть скинуться, и я даже не знаю — что: подъезды покрасить, чтобы из дома сделать вообще конфетку. Квартиры там хорошие, потолки высокие, и после того как это будет дом с черепичной крышей, это перекроет все нынешние неудобства.
 
— Изменение фасадов хрущёвок не будет потом предложено в качестве альтернативного решения при капремонте?
 
— Наш опыт Ленинского проспекта Минстроем России признан одним из лучших в стране, рекомендован к использованию. Понятно, что все дома мы так ремонтировать не сможем, только центральные улицы. Губернатором принято решение эту программу продолжать. Где именно — будем решать коллегиально, с архитекторами, с городом, обществом.
 
— Граждане платят такие же взносы, как и все, а выходит ремонт таких домов дороже. Эта доплата ложится на областной бюджет?
 
— Основные объёмы легли на областной и местный бюджет. Собственники платят сумму, которая собирается у них на спецсчёте. Ленинский не ремонтируется за счёт других домов, в чём нас пытались упрекнуть.
 
— Кто-то, может быть, рассчитывал, что та самая разница гасится из каких-то федеральных субсидий, это не так?
 
— Мы очень хотим, чтобы это было так, мы эту тему постоянно поднимаем на федеральном уровне и уже договорились с рядом коллег, что наш Ленинский послужит неким катализатором. Мы скажем: давайте мы какую-то целевую субсидию хотя бы на объекты культурного наследия, которых тоже десятками делаем, в отличие от всей страны. 

О ремонте дворов

— Пользуются ли люди возможностью попасть в программу по благоустройству дворов? Доверяют ей? Много сейчас пошло претензий, что подрядчик вышел, всё раскопал и дальше не хочет ничего ремонтировать.
 
— Есть моменты, где недорабатывают, но надо отдать должное — у нас таких откровенно недобросовестных подрядчиков, наверное, нет. Понятно, что, если делают двор месяца четыре, мягко говоря, очень неудобно жить. А как по-другому? Вы, когда дома полы меняете, у вас всё хорошо?
 
— Откуда поступают жалобы? Нам жаловались из Советска.
 
— Я ни в коем случае не говорю о том, что все эти жалобы необоснованные. В Советске я специально объехал все дворы. Там восстанавливают асфальтовое покрытие дворовых проездов, а тротуары делают в плитке, но это решение людей. Власти предложили — люди согласились. Мне, может быть, не нравится, что во дворе асфальт, но решать большинству. 
 
Жители говорят здравые вещи. Где-то администрация и подрядчик сразу к ним прислушиваются, где-то и мы поправляем. Приходится в ручном режиме работать, потому что программа пока новая. 
 
Нужно не жаловаться, а давать предложения до момента начала работ. Принимать активное участие в обсуждении дизайн-проектов, видов работ, элементов благоустройства. Общественных обсуждений программы следующего года с жителями будет проведено как минимум три по каждому двору. До драк не доходит, но достаточно напряжённо это во дворах проходит: кто-то хочет парковку побольше, кто-то детскую площадку, кто-то говорит: сделайте скамейки, а кто-то — не делайте, там вечером пьют. Дом — это коллективная собственность, как решило большинство, так и будет. Администрация, исходя из компоновки двора, плана сетей даёт свои предложения, выносит на обсуждение. 
 
Если в ходе работ что-то идёт не так, то в первую очередь нужно обращаться в местную администрацию. 
 
— Люди говорят: обращались в муниципалитет, он тоже молчит.
 
— Тогда к нам. Есть специальный ресурс для этого.
 
— В чьё управление передаётся детская площадка?
 
— Это имущество всех собственников помещений этих домов.
 
— То есть за содержание будет отвечать управляющая компания?
 
— Это не обязательная услуга. Всё зависит от решения жильцов. Либо управляющая компания содержит за счёт жителей, либо они делают это собственными силами. Если управляющая компания нормальная, то она сама предложит. На крайний случай — вышли три мужика в субботу с молотками и починили.

О детских и спортивных площадках

— "Лукойл", "Газпром" строят площадки по своим программам только у школ?
 
— За три года "Газпром" построил уже 65 школьных стадионов. Но это просто термин. Школьный стадион можно и в лесу поставить. Мы стараемся строить рядом с социальными объектами. Одно дело, когда в грязи по пояс в футбол играешь, а другое — когда на искусственном покрытии. Я обзавидовался уже, что нынешняя молодёжь может заниматься на таких площадках, во время моего детства такого, к сожалению, не было.
 
— А места инвесторы выбирают?
 
— Нет, места выбирает муниципалитет вместе с жителями. Обязательное условие — чтобы не было бесхозных площадок. Уже был опыт: если ставить её на неохраняемой территории, на следующий год надо новую строить. 
В этом году массовый инвестор по детским площадкам — "Лукойл". Десять площадок общей стоимостью 30 млн рублей: в Калининграде, Краснознаменске, Немане, Балтийске, Светлом, Правдинске.
 
— Обещали на Нижнем озере площадку, не "Лукойл" там будет строить?
 
— Точно не "Лукойл". Я подозреваю, что это будет инвестор объектов, которые вдоль озера строятся.

Об аварийном жилье

— Каждый год составляются списки аварийных домов. По какому принципу их отбирают? 
 
— Два пути попасть в списки: либо сама межведомственная комиссия на уровне муниципалитета увидит, что дом имеет признак аварийности и люди могут пострадать, либо жители могут написать в эту комиссию. Тогда комиссия либо жильцы нанимают экспертную организацию, которая обследует несущие конструкции и даст своё заключение.
 
— То есть когда жители говорят, что их не внесли, они сами виноваты, что в комиссию не обратились?
 
— Как в анекдоте: хочу выиграть в лотерею — а ты билет купи сначала. Само собой, многое от незнания законодательства и от нежелания его знать. Если дом того гляди рухнет, я говорю: "Граждане, я за вас целиком, но закажите экспертное заключение". Оно может стоить 10 тысяч рублей, 20, 30… Это не миллион. Экспертное заключение передайте в комиссию и попросите признать дом аварийным. 
 
Комиссия может рассмотреть экспертное заключение, представленное жителями, либо заказать своё, если в конкретном доме преобладают муниципальные квартиры.
 
— Если дом признан аварийным, когда люди могут рассчитывать на расселение?
 
— Вопрос сложный. Из домов, признанных аварийными после 2012 года, в этом году мы расселили 146 человек, это капля в море. На сегодняшний момент, если не ошибаюсь, почти семь тысяч человек проживает в аварийном фонде. К сожалению, программа сейчас приостановлена. Но есть поручение президента, что в 2019 году должны заработать новые механизмы расселения из аварийного жилья. 
 
— На Станочной обещали расселить ещё в прошлом году. Люди говорят: мы видим наши квартиры на "Авито", их подрядчик продаёт. Власти могут регулировать это каким-то образом? Если застройщик не предоставляет квартиры, муниципалитет должен?
 
— Это так, но они встанут в общую очередь и получат после 2020-х годов квартиру. У застройщика нет цели дать квартиры, у него цель высвободить земельный участок под дальнейшее строительство. Если это привлекательный для него инвестпроект, то пока он не даст людям квартиры, он не сможет оформить на себя землю.
19