15:09
Автор:

"После взрыва гора становилась чёрной": калининградец рассказал о ядерных испытаниях на Новой Земле

На фото Валерий Кочешков, ветеран подразделения особого риска | Фото: Александр Подгорчук / "Клопс"
На фото Валерий Кочешков, ветеран подразделения особого риска Фото: Александр Подгорчук / "Клопс"

В сентябре исполняется 65 лет со дня создания советского ядерного полигона на архипелаге Новая Земля. Полковник в отставке Валерий Кочешков, кавалер орденов "За службу Родине" и Трудового Красного знамени, лётчик-снайпер, ветеран подразделения особого риска рассказал "Клопс" о том, в каких условиях жили люди, создававшие "ядерный щит Родины", и как проходили испытания.

Особые условия

"На Новой Земле я служил с 1980 по 1987 год. Командовал вертолётной эскадрильей, в 1983-м меня назначили заместителем начальника отдела авиационного обеспечения.

Абсолютно всё на Новую Землю завозилось с большой земли: техника, топливо, строительные материалы, продукты, вооружение, игрушки в детский сад, карандаши и тетради для школы.

В ноябре на Новой Земле уже зима. Температура доходит до –30. Ветер — 20-30 метров в секунду, на улицу не выйдешь. При таком ветре и минус 25 тебе кажется, что уже все минус пятьдесят. 

Специальные приказы по гарнизону определяли, что можно, что нельзя делать при разной погоде. Всего было три варианта. О том, какой за окном, передавали по радио на весь гарнизон. Вариант №3 — можно работать, передвигаться по гарнизону, дети ходят в школу и детский сад, магазины открыты. Вариант №2 — метель, пурга, ветер. Видимости никакой, на ногах не устоишь. Вводили ограничения перемещения по гарнизону. Ну а первый вариант — самый жёсткий. Он запрещал выход из домов совсем. Любое передвижение — только на гусеничных тягачах. Разворачивались посты живучести. Например, если случался прорыв трубопровода — отключалось электричество, где-то кончался сухой паёк или в посёлке появился белый медведь — специалисты на тягачах выезжали ликвидировали чрезвычайную ситуацию. Гарнизон должен жить в любых условиях.

Военнослужащий на Новой Земле получал двойной оклад плюс надбавку за выслугу лет. Надбавка — не больше двести сорока рублей, в зависимости от срока службы.  

Командирами вертолётов служили только лётчики первого класса. В основном — из гарнизонов в Донском Калининградской области и крымской Качи | Фото: из семейного альбома Валерия Кочешкова
Командирами вертолётов служили только лётчики первого класса. В основном — из гарнизонов в Донском Калининградской области и крымской Качи Фото: из семейного альбома Валерия Кочешкова

Я считаю, что это была небольшая надбавка за условия, в которых мы служили, хотя средняя зарплата советского инженера в те времена составляла 120 рублей в месяц.  

Вначале на Новой Земли жили исключительно военнослужащие. Потом разрешили привозить семьи. Гражданские — строители, шахтёры — прокладывали штольни в горе, куда закладывалось "изделие" — испытуемое оружие.

Не прошла "режим" — улетаешь

Секретность была самая жёсткая. Название "Новая Земля" в обиходе не употребляли. Нам не рекомендовалось говорить, где мы служим. На вопрос о месте службы мы отвечали уклончиво: "на Севере".

Советскую базу на Новой Земле официально называли "Архангельск — 56". Попасть туда можно было только на самолёте из Архангельска. И только пройдя через "режим".

Досматривалось всё: вещи в чемодане, документы. После такой проверки человеку давали специальный документ, разрешающий покупку билета. То же самое — полёт с Новой Земли. Даже камушек вывезти нельзя было. Выезд супруги военнослужащего — только с разрешения командира части и "режима".

Те, кто прилетал на Новую Землю, не могли просто так сойти с трапа самолёта. "Режим" начинал проверять их уже в салоне и только после этого давали разрешение выйти. Не прошла "режим" — улетаешь обратно. Неважно, что супруг, с которым она не виделась год, а то и больше, уже приехал встречать в аэропорт.

Праздник проводов зимы на Новой Земле | Фото: из семейного альбома Валерия Кочешкова
Праздник проводов зимы на Новой Земле Фото: из семейного альбома Валерия Кочешкова

На Новой Земле был сухой закон. К праздникам завозили алкоголь, получить его можно было только по талонам. Бутылку, не больше. Но если у вас есть замечания по службе от командира, то талонов вам не видать.

Далеко не в каждой части на большой земле был так организован досуг личного состава, как у нас. Во всех частях художественная самодеятельность была на самом высоком уровне. Показательные выступления, конкурсы — к этому относились очень серьёзно. Командира могли и по партийной линии спросить за плохую организацию досуга. Дом офицеров не мог вместить всех желающих, поэтому на концерт можно было попасть только по пригласительному билету. 

Концерт художественной самодеятельности в гарнизонном Доме офицеров | Фото: из семейного альбома Валерия Кочешкова
Концерт художественной самодеятельности в гарнизонном Доме офицеров Фото: из семейного альбома Валерия Кочешкова

При Доме офицеров работали самые разные кружки: танцевальные, хорового пения, литературного чтения. Часто с большой земли привозили артистов, новинки советского кино попадали в первую очередь. Уже в феврале в магазинах появлялась свежая картошка, привезённая с Кубы, а китайские яблоки продавались круглый год.

При переводе с Новой Земли офицер имел право купить машину, во время службы — дефицитные по тем временам в СССР холодильники и ковры.

Земля дрожала секунд пять-семь…

Как правило, испытания проходили осенью. Для них, помимо всего прочего, нужны были особые метеорологические условия. Ветер на разных высотах должен был дуть в восточном направлении, в сторону Сибири. 

В 1987 году произошёл "вырыв" — нештатная ситуация. Произошёл выход радиоактивных продуктов из горы, в которой взрывали новое "изделие".  А потом ещё и ветер резко переменился. Ситуация осложнилась ещё больше. Радиоактивную грязь потащило на Скандинавию. Была нота советскому правительству. 

Во время испытаний экипажи вертолётов оставались на площадках у штольни | Фото: из семейного альбома Валерия Кочешкова
Во время испытаний экипажи вертолётов оставались на площадках у штольни Фото: из семейного альбома Валерия Кочешкова

Во время испытаний из посёлка Северного, расположенного на полигоне, в Баренцево море на кораблях вывозили всех, кто не имел к ним непосредственного отношения. Экипажи вертолётов оставались на площадках у штольни. Из ядерных институтов Советского Союза приезжали учёные, из Москвы прилетала назначенная на самом высоком уровне государственная комиссия.

В "час Ч" — взрыв ядерного "изделия" в горе. Земля дрожала и качалась секунд пять–семь. А потом белая, покрытая снегом гора, становилась чёрной — снег на ней таял, такая температура была внутри. Час ждали: нет ли "вырыва": не вырвались ли радиация наружу.

Сразу после испытаний велась дозиметрическая разведка на земле и в воздухе на разных высотах. Работали и самолёты, и вертолёты. Если было радиоактивное облако, то самолёт сопровождал его, пока оно не растворялось. Только после результатов дозиметрической разведки принималось решение — можно возвращаться на полигон или нет.

Я был на полигоне, когда во время испытаний случилась нештатная ситуация — "вырыв". Радиация вышла наружу, появилось радиоактивное облако всех цветов радуги. И запах сероводорода — тухлых яиц.

Была объявлена срочная эвакуация. Каждый человек на полигоне знал, на каком борте он должен вылетать в случае ЧП. Но началась суета, некоторые пытались влезть не в свой вертолёт. 

Лётчики

На Новой Земле командирами вертолётов служили только пилоты первого класса. В основном — из гарнизонов в Донском Калининградской области и Каче в Крыму.

В каждом вертолёте помимо традиционных средств спасения всегда были спальные мешки, лыжи и набор дров. Лётчики обязаны были летать с личным оружием — пистолетом Макарова.

 Спальники расстилались на сиденьях. Сиденья металлические, зад мёрзнет. На мешках теплее. При проверке их на радиацию в некоторых вертолётах приборы зашкаливали. Мешки лежали там годами.

В посёлки гарнизона часто заходили белые медведи | Фото: из семейного архива Валерия Кочешкова
В посёлки гарнизона часто заходили белые медведи Фото: из семейного архива Валерия Кочешкова

Но были и парадоксальные случаи. Как-то пилотам вертолётов с дозиметристами выдали обмундирование б/у. Они должны были сопровождать радиоактивное облако. Когда вернулись с задания, обмундирование "фонило", от него надо было избавляться, что экипаж и сделал. А снабженцы потребовали вернуть выданное. Из зарплат лётчиков хотели вычесть стоимость этого обмундирования, причём в двойном размере. Только после моего обещания сообщить об этом случае в Москву снабженцы оставили лётчиков в покое.

О том, как ликвидировали взрыв на советской атомной подводной лодке, читайте здесь

5 080