Сейчас 38-летний С., протрезвев в холодной камере, соображает, что натворил. Но больше его беспокоит грозящий срок – до 15 лет тюрьмы. На нары не хочется, вот и юлит. По рассказам следователей, сегодня у него одна версия произошедшего, завтра – другая. Но, что бы он ни говорил, раскаяния в том, что лишил жизни свою двухлетнюю дочь, нет...
Бил о печку, бросал на пол
Убийство произошло в Правдинском районе 11 сентября. Около пяти вечера в дежурную часть РОВД поступило сообщение о том, что в одном из поселков погиб двухлетний ребенок.
– Никаких телесных повреждений на девочке сразу обнаружено не было, – рассказал журналистам замруководителя Гурьевского межрайонного следственного отдела регионального СУ Кирилл Ревенко. – Только после вскрытия стало известно, что ребенок умер от внутренней черепно-мозговой травмы.
На следующий день был задержан подозреваемый, отец погибшей Ксюши. 38-летний С. принялся тут же «активно помогать» следствию. И настолько заврался «папаша» в своих показаниях, что напрочь забывал уже сказанное, на каждый последующий допрос приходил с новой версией.
– Изначально задержанный говорил, что намеренно кинул дочь об пол, его раздражал детский плач, – продолжает Кирилл Ревенко, – потом рассказывал, что все вышло случайно, он хотел добросить малышку до дивана, но промахнулся, и она упала на пол; далее стал выдвигать версию, что боролся с женой, а дочка выскользнула из его рук. Но доверия этому человеку нет. Мы полагаем, что это было умышленное убийство. По словам матери погибшей девочки и еще двух свидетелей, в этот день отец неоднократно бил ребенка о печь и бросал на пол.
Как рассказала инспектору ПДН 23-летняя Юля, в этот день муж был пьян. Первый раз он схватил ребенка, но она успела выхватить дочь из рук разъяренного отца. Когда он успокоился, она оставила Ксюшу в доме и пошла на улицу стирать. Через мгновение услышала крик. Когда забежала в дом, дочка хрипела на полу, муж сидел на стуле рядом. Через 20 минут малышка умерла.
– На похоронах Юля сказала, что ирод в тот день не раз набрасывался на Ксюшу с криками: «Она не будет жить!» – говорят родственники погибшего ребенка.
Задержанному уже предъявлено обвинение по ч. 4 ст. 111 УК РФ (Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть малолетнего). За убийство родной крохи-дочери С. светит до 15 лет тюрьмы.
«Душа болит за Лешу»
Жители поселка говорят про несчастную мать девочки: «Юлька-то как бы с собой ничего не наделала, бог ума ей не дал, но ребят своих она любила, после похорон Ксюши белугой выла несколько дней, а теперь боится, что и старшего, Лешку, отберут». Леше три года. Ксюше на днях должно было исполниться два. Мать их – Юля – воспитанница специнтерната. Отец – местный пьянчужка, нигде не работал.
– Юля мне племянницей приходится, она больной человек, – говорит калининградка Наталья Клочкова. – Ей 5 лет было, когда сестра моя была лишена родительских прав, четверых деток в детский дом отправили, Юлю, старшую из всех, в интернат в Железнодорожный. Навещала я ее, помогала чем могла, а в 18 лет она сошлась с этим иродом. Жили не расписываясь. Через пару лет родила Лешу. Потом Ксюшеньку. Говорили ей, что рожать нельзя, да разве слушала! Ожидали худшего, а Ксюша родилась… Какой это был замечательный, жизнерадостный ребенок! – Наталья Александровна разрыдалась. – Кучерявенькая, красивенькая, в свои год и девять месяцев говорила хорошо, ласковая была. Я частенько ее к себе забирала в Калининград погостить. Нарадоваться не могла. Обнимет за шею, прижмется и целует.
Наталья Александровна рассказала, что полгода назад Юля ушла от мужа, устала от пьянок и кулаков. Жила у сестры в Чайковском, соцорганы помогли устроить старшего сына в садик. Сама Юля подрабатывала на кирпичном заводе. А пару месяцев назад она вернулась к своему «благоверному».
– Я бы хотела перезахоронить Ксюшу, увезти на кладбище в п. Фрунзенское, там вся наша родня похоронена, не хочу я оставлять нашу девочку там, где ее убили, – рыдает Наталья Александровна.
– От С. можно было ожидать чего угодно, это не человек, – сказала журналистам тетя задержанного И. – Когда я прочла заключение патологоанатома, мне плохо стало: у Ксюши легкие отбиты, сломаны ребра, тазовые косточки переломаны, переносица перебита. Это ж как надо было колотить кроху! Я хоть и прихожусь родней этому С., слова доброго про него сказать не могу. А Юля... ее пожалеть надо. Душа болит за Лешу, его нельзя оставлять с матерью. Этот отсидит и выйдет, а что будет с мальчишкой?