15.02.2012
12:08

«После возвращения домой из Афганистана я долго кричал во сне»

Советские войска ушли из Афганистана 15 февраля 1989 года, 23 года назад. Председатель правления Калининградского городского комитета ветеранов боевых действий гвардии полковник Николай Малеванный, вспоминая эту дату, рассказывает: «Эта война длилась девять лет, один месяц, 21 день. Из Калининградской области в Афганистан было призвано около трех тысяч человек. 81 – остался там навсегда».

Дембелей в бой не посылать

Сам Николай Малеванный вполне мог оказаться 82-м. В течение двух лет (с 1984 по 1986) он из конца в конец колесил по далекой горной стране – часто в составе колонн, на броне БТРа. Был ранен, контужен, горел в самолете, но, к счастью, остался жив.

– В конце семидесятых – начале восьмидесятых я служил в 36-м зенитно-ракетном полку первой Московской дивизии, которая дислоцировалась на улице Емельянова в Калининграде, – рассказывает полковник. – Официально наши войска были введены в Афганистан в 1979-м. Практически сразу на Емельянова стали приходить цинковые гробы с убитыми.

В Афганистане капитан Малеванный был начальником службы ракетно-артиллерий-ского вооружения.

– Все, что стреляет – это мое, – объясняет он. – Пушки, зенитки, ракеты. Обеспечение, испытания, применения, обучение личного состава – вот сферы моей деятельности. Ну и самому, разумеется, в боевых действиях приходилось участвовать… Помню, как первый раз попал под обстрел. Вообще-то я был подготовленным человеком – в нашей дивизии постоянно проводились учения. Но то – учения. Война – совсем другое дело. Один рожок отстрелял, а второй вставить никак не могу – руки трясутся. После боя мне дали два стакана водки, я выпил – и ни в одном глазу. Только руки поменьше вроде стали трястись… Таких обстрелов было множество. И знаете, удивительное дело – привык потом к ним. Просвистит, бывает, пуля мимо виска, да и черт с ней. Даже внимания не обращаешь. Страх вернулся только перед возращением домой. Вообще было негласное правило: дембелей в бой не посылать. А меня за месяц до замены в Кандагар направили на операцию. Еду на броне и думаю: «Два года удавалось от смерти уходить, неужели сейчас не получится?!».

Конечно, люди по-разному участвовали в войне, кто-то каждый день в горах под пулями ходил, кто-то сидел в Кабуле. Но там тоже можно было погибнуть. Город обстреливался регулярно. Помню свой второй день в Кабуле. Сидим в открытом кинотеатре, фильм смотрим. Вдруг – взрыв. Я не соображу ничего, в ступор какой-то впал. Хорошо, кто-то скинул меня с лавки, а то посекло бы осколками. Вот такое кино…

Три миллиона за голову

– Афганцы оставили странное впечатление, – вспоминает Николай Малеванный. – С одной стороны, они очень доброжелательные. Входишь в какое-нибудь селение – они тебе последние лепешки несут. Улыбаются. А с другой… Мы сталкивались порой с проявлением удивительной жестокости. Помню, приехали к разбитой колонне, а там у трупов наших ребят уши, носы, гениталии отрезаны. Зачем?..

– Ну вы тоже ведь не по воробьям стреляли, наверное. Приходилось людей убивать?

– Ну а как иначе?! Это же война! Если я первым не выстрелю, меня убьют. Чего мне ждать?! Конечно, убивал! За что меня наградили двумя орденами? За то, что убивал. И не только из автомата. Я же говорю – артиллерией заведовал. Как-то раз под Кабулом мы палили по моджахедам из установок «Ураган». А потом я узнал, что духи за мою голову и голову командира батареи назначили награду – три миллиона афгани. Большие, между прочим, деньги. Афгани шел тогда к доллару где-то 20 к одному...

Мизерные выплаты солдатам

По словам Николая Малеванного, сейчас в области живет около трех с половиной тысяч «афганцев». Примерно 1 400 из них в – Калининграде.

– Проблем у нас много, – говорит полковник. – Социальные выплаты мизерные. Всем, вне зависимости от звания, до недавнего времени платили 1 100 рублей в месяц. После последней индексации – 1 990. Копейки… Особенно если сравнить с тем, что платят ветеранам в США, Франции. Там люди получают тысячи долларов и евро.

Но основная проблема у «афганцев» – жилищная.

– На сегодняшний день около пятисот участников боевых действий, нуждаются в улучшении жилищных условий, – информирует полковник. – Среди них достаточно много «афганцев». Есть вопиющие случаи. На улице Красносельской в аварийном доме живет мать погибшего «афганца» – Антонина Фоминична Малинкина. В прошлом году мы похоронили ее мужа – участника Великой Отечественной войны. Куда мы только не писали, к кому только не обращались. Дело вроде сдвинулось с мертвой точки. В марте обещают дать Антонине Фоминичне квартиру. Если не дадут, прямо не знаю тогда, что буду делать…

Четвертый тост

– 15 февраля для нас – это грустный праздник, – говорит Николай Малеванный. – Вроде как война закончилась – радоваться надо, но как вспомнишь всех, кто не вернулся, комок к горлу подкатывает… Обычно в этот день мы собираемся в парке «Юность». Там проходит митинг. Потом – неофициальная часть. Третий тост – за тех, кого нет с нами, а четвертый – за то, чтобы за нас не пили третий… Война – ужасная вещь. Это кровь, слезы, животный страх. После возвращения домой я долго кричал во сне, жену пугал… Но, с другой стороны, лучшие друзья у меня с Афганистана. Пережитое связало нас чрезвычайно крепко.

Непокорная страна

В течение новой и новейшей истории Афганистан не смогла до конца покорить ни одна из великих держав.

В XIX в. «империя, над которой никогда не заходит солнце» – Британия – трижды воевала с Афганистаном.

В 1842 году англо-индийское войско было буквально вырезано в горах между Кабулом и Джелалабадом. Из 16 тысяч спасся лишь один человек – доктор Брайдон. В результате одного сражения англичане потеряли больше людей, чем вся советская армия за девять лет.

Две последующие войны велись с переменным успехом, однако Афганистану удалось сохранить независимость.

У оккупировавшей сейчас страну западной коалиции дела тоже идут не очень. Однако за 11 лет войны потерь она понесла значительно меньше, чем СССР. Согласно данным министерств обороны США и Великобритании, с 2001 года погибло 2 864 человека. Больших всех потеряли США (1 880), Великобритания (397), Канада (158), Франция (82).