Новости
Автор: Ольга Запивалова
14.02.2017
18:29

Во время операции с потолка упал плафон: как приходится работать хирургам в Центральной городской больнице Калининграда (фото)

Центральную городскую клиническую больницу построили 35 лет назад. Ровно столько лет не видел капитального ремонта операционный блок медучреждения. Получить средства медики пытаются более 10 лет. За эти годы санэпидстанция, а потом и Роспотребнадзор выдали три предписания о закрытии операционного блока ЦГКБ из-за его состояния. Но закрыть оперблок — это значит остановить в городе оказание экстренной хирургической помощи. А пока медикам приходится проводить сложные — а порой уникальные — операции в условиях, приближенных к полевым. 
 
 
Наиль Гилажитдинов, зам. главного врача ЦГКБ
 
Заместитель главного врача по хирургии ЦГКБ Наиль Гилажитдинов провёл для журналистов Клопс.Ru экскурсию и рассказал, как в идеале должна выглядеть современная операционная.  

Чисто, но убого

В оперблоке ЦГКБ работает 70 врачей — хирургов разного профиля и анестезиологов, которые за год делают от 7,5 до 8 тысяч операций. В сутки — 15—20 плановых хирургических вмешательств, а с экстренными может доходить до 30. 
 
Сейчас описать состояние оперблока можно тремя словами: чисто, но убого. Обшарпанные двери, отколовшаяся со стен плитка, тёмные островки залатанного линолеума под ногами, деревянные двери разбиты каталками, на них облупилась краска…
 
 
Операционных не хватает, хирурги вынуждены стоять в очереди
 
"Здесь восемь операционных по разным профилям, в том числе лор и глазная, экстренная и противошоковая, — рассказывает заместитель главного врача. — Кроме того, в ЦГКБ находится единственный в области ожоговый центр с операционной для детей и взрослых. Ещё в больнице открылись новые отделения — нейрохирургии и гнойной хирургии. Постоянно "конкурируют" между собой и две гинекологии, решая, каких больных оперировать в первую очередь. На сегодняшний день у нас не хватает трёх операционных, и хирурги вынуждены занимать очередь, чтобы сделать свою работу. Естественно, это доставляет неудобства и врачам, и пациентам". 
 
 
Здесь врачи готовятся к операциям
 
В мужской раздевалке для медперсонала бедно и пусто. Маленькая комнатка, стопки выглаженных операционных костюмов, стол и стул из 70-х годов. Хирурги переодеваются тут перед операцией и после, делают записи о проведённой работе. Находиться в таком помещении некомфортно, да и по нормам для чистого белья должна быть отдельная комната — чтобы сотрудники, пришедшие с улицы, не пересекались с теми, кто уже готов к работе.

Из-за холода отменяли операции

Наиль Гилажитдинов проводит нас по свободным операционным: в них огромные окна — почти на всю стену, прогнившие рамы проклеены по периметру, от них веет ледяным холодом. 
 
 
В огромных окнах щели, через которые сквозит холодный воздух  
 
"В морозы температура в операционных опускалась до +14 градусов, — рассказывает Наиль Геннадьевич. — При этом работа хирургов может длиться часами. Из-за холода мы вынуждены отменять некоторые операции, устанавливать тепловые пушки, обогреватели. Ведь пациент на операции накрыт только простынёй — есть риск развития пневмонии". 
 
 
Операционные обогреваются масляными радиаторами 
 
На стенах одной из операционных — лучшей, по мнению медиков, — висят старые кондиционеры. Зимой они постоянно включены и обогревают помещение. По словам докторов, остальные отапливаются масляными радиаторами. 
"В операционных вообще не должно быть окон: это лишняя дорога для инфекции и опасность переохлаждения. К тому же их трудно дезинфицировать, — говорит Наиль Геннадьевич. — Окна нужно закладывать и, как стены, зашивать панелями — антивандальными, долговечными и устойчивыми к агрессивным дезинфицирующим средствам". 
К разговору присоединяется заведующий операционным отделением Тигран Вердян. Он говорит, что ни в одной современной операционной нет такого количества лишних предметов, как здесь. 
 
 
Ободранный пол и торчащие отовсюду шнуры и трубки — со всем  этим приходится мириться врачам и пациентам
 
"На полу и на стенах — провода, розетки, кабели, шнуры, шланги, провода, а это риск запнуться. Кроме того, лишние предметы сложно обработать, на них скапливаются вредные микроорганизмы, — говорит завотделением. — Всё это должно быть спрятано за панелями".

Косметика не спасает

По словам начальника хозяйственного отдела больницы Антона Султанова, линолеум в оперблоке перестилали несколько раз, однако и сами полы, и стяжка настолько изношены, что любое новое покрытие трещит по швам.
 
"Закупили новый линолеум, будем менять его своими силами, — говорит Султанов. — В этом году мы сами красили операционные — по 2-3 часа по ночам". 
 
 
Линолеум пришёл в негодность
 
Со стен в операционных отваливается кафель. Пустоты шпаклюют и закрашивают. На отсыревших старых потолках побелка уже не держится.
 
Над операционными столами в ЦГКБ висят старые светильники и гигантские операционные бестеневые лампы, с которыми с трудом справляются медсёстры. Чтобы повернуть огромный плафон, нужно встать на табурет. Так делали в прошлом веке, в современной же операционной доктор настраивает свет одним движением.
 
 
Лампы в операционных имеют устаревшую конструкцию
 
"Однажды во время операции рядом с медиками с потолка рухнула лампа — благо никто не пострадал", — говорит Наиль Геннадьевич.  
 
"Если начать ремонтировать потолки, это парализует работу всего отделения, а закрыть нашу больницу хоть на несколько дней — значит лишить экстренной помощи полгорода и половину районов области", — говорит Антон Султанов. 

Методы дезинфекции

По словам медиков, проект существующего операционного блока сделан в 60-х годах прошлого века — такие были во всём Советском Союзе. В нём общий коридор, где расположены и чистые и септические операционные, где оперируются больные с инфекциями. По новым нормам потоки пациентов должны быть разделены. 
 
 
Все операционные находятся  в одном блоке, хотя по правилам должны быть разделены    
 
О современных методах очистки воздуха и поверхностей в ЦГКБ только мечтают. 
"Новейшие ламинарные очистители над операционным столом в радиусе 3-5 метров создают абсолютно стерильную зону, и даже во время длительных операций исключается возможность вторичного инфицирования, — рассказывает хирург. — Наши врачи перед операцией моют руки в обычной раковине, а в современных больницах используют, например, ультразвуковые мойки: опустил в неё руки — и они стерильны. По новым технологиям инструменты обрабатывают в специальных моечных машинах, в помещениях используют специальные пылесосы или аппараты, выделяющие пары дезинфицирующих средств. 15 минут — и операционная полностью стерильна! Конечно, мы не живём в грязи и разрухе, делаем всё возможное и невозможное. Постоянно проводим бактериологические исследования: берём смывы с поверхностей, инструментария, пробы воздуха. Никаких инфекций за многие годы моей работы не было. Но каким трудом это даётся! Из-за таких условий дезинфекцию приходится производить с удвоенной силой, на это тратится вдвое больше времени, сил и средств".

Вместо томографа — передвижной рентген

"В проекте реконструкции, который мы предложили, лишь 1/3 средств затрачена на архитектурно-строительную часть оперблока. 2/3 сметы — это стоимость оборудования, — говорит Наиль Гилажитдинов. — За 35 лет изменились методы и технологии лечения: широко внедряются эндоскопия, микрохирургия, робототехника и т. д.".
 
 
На покупку современной аппаратуры нет средств, а старое оборудование устарело морально и физически 
 
По словам врача, нейрохирургические операционные в современных клиниках похожи на рубку космического корабля — в ЦГКБ же могут "похвастаться" лишь передвижным рентгенаппаратом "С-дуга", морально и физически устаревшим, который перекатывают из одной операционной в другую. 
 
"Когда во время операций хирургам приходится делать рентгеновское исследование пациентов, во избежание облучения медперсоналу приходится выходить в соседнее помещение", — рассказывает заместитель главврача.

Проект на стадии согласования

Как рассказал главный врач больницы Сергей Куликов, первый проект реконструкции оперблока был согласован с чиновниками в 2008 году. На него было получено положительное заключение, но не нашлось денег. За эти годы изменились пожарные, санитарные и другие нормы. Первый проект устарел, и руководству больницы пришлось предложить другой — его изготовление обошлось бюджету в полмиллиона рублей. 
 
"Больнице выделяли деньги в рамках программы модернизации здравоохранения, но, увы, этих средств для ремонта оперблока не хватало, — говорит Сергей Куликов. — Если ремонт обычного помещения ЦГКБ обошёлся нам в 14 тысяч рублей за один квадратный метр, то один "квадрат" операционного блока стоит около 40 тысяч рублей". 
 
 
Главврач Сергей Куликов
 
Сейчас предложенный больницей проект на стадии согласования. 
 
В региональном Минздраве не отрицают, что косметический ремонт операционного блока ЦГКБ проблему не решит — необходим капитальный. Но работы начнутся не раньше 2021 года. 
 
"Ремонт оперблока включён в региональную программу "Развитие здравоохранения Калининградской области на 2021—2022 годы", — сообщила Клопс.Ru заместитель регионального министра здравоохранения Татьяна Николаева. — Руководство больницы заключило договор с ООО "РОСМО" на проектирование строительства операционного блока, оформлена проектно-сметная документация на ремонт, проект одобрен экспертами. После исправления замечаний требуется повторная экспертиза сметы".
 
 
Это означает, что в лучшем случае медикам ЦГКБ придётся работать в старых операционных ещё как минимум пять лет. И ведь проблема касается не только медиков, а всех калининградцев. Хочется, чтобы чиновники ускорили процесс согласований и наконец-то повернулись лицом к медучреждению и его пациентам.