11:07

Алексей Самсонов: Подозрительного в деле о томографе много

  1. Новости
Мы обеспечиваем надзор за законностью. Что касается низких нормативов финансирования медицины, в конце прошлого года была принята областная программа госгарантий оказания населению медпомощи. Мы сразу же проверили ее на соответствие федеральной программе, и поскольку в федеральной программе нормативы были заложены значительно выше, чем у нас, внесли протест. Однако правительство его отклонило, и нам пришлось обращаться в Областной суд с заявлением о признании программы не соответствующей закону в этой части. Областной суд с нами согласился, правительство — нет, обжаловало это решение в Верховный суд, и уже Верховный суд подтвердил правильность и нашего мнения, и Областного суда. Соответственно, эта процедура затянулась с начала года до конца лета. Сейчас правительство обязано исполнить решение Верховного суда, в бюджете должны быть изысканы дополнительные средства. Уже сейчас определяются параметры бюджета на следующий год, там повышенный норматив должен быть заложен.[cut]

 

- А если не будет заложен, снова будете судиться?

- По крайне мере, неисполнение судебного решения грозит уголовной ответственностью, поэтому я не думаю, что решение суда не будет исполнено.

- Вы также опротестовали решение правительства выделить под разработку песчаного карьера участок в районе посёлка Кумачёво санкт-петербургской компании «Цементно-бетонные изделия»?

- Поскольку правительство с нашим протестом не согласилось, мы направили два заявления в Арбитражный суд. Кстати, в этом деле значительную роль сыграли СМИ, после публикаций в прессе мы обратили внимание на ситуацию, проверили, пришли к выводу, что участок под карьер предоставлен не обоснованно. Тем более, что там расположен противоэррозийный лес, и по мнению сотрудников РГУ им. Канта, если там будет выкопан карьер, это нарушит экологию региона, скажется на питьевых ресурсах Калининграда.

- А как вы обратили внимание на томограф, который по вашему мнению должен был стоить не 63, а 20 млн. руб.?

- Наверное, общеизвестно, что у нас принят федеральный закон «О противодействии коррупции». Президент издал несколько указов об исполнении этого закона, мы теперь должны постоянно отслеживать госзакупки и заказы для государственных и муниципальных нужд. Мы начали активно заниматься конкурсами, и в наше поле зрения и поле зрения УВД попал этот томограф. Ведь в чем вопрос — при организации конкурса речь шла о закупке 16-срезового томографа, который на самом деле стоит в пределах 20 млн. руб. В правительстве определялись лимиты финансирования этой закупки, и они должны были запросить ряд организаций-поставщиков в Санкт-Петербурге, чтобы узнать, по какой цене предлагается такой томограф. Но, как оказалось при проверке, эти запросы фактически не направлялись, а ответы были просто-напросто подделаны — в них говорилось, что такой томограф может быть поставлен за 63 млн. руб. В итоге было определено, что минздрав за эти 63 млн. руб. покупает томограф по конкурсу, победителем стал тот, кто предложил самую меньшую сумму. Единственный участник конкурса снизил сумму всего на 100 тысяч руб. Были подведены итоги торгов по приобретению 16-срезового томографа за 63 млн. руб. (хотя фактически он стоит в пределах 20 млн.). И уже после этого появился дополнительный протокол, что за эту сумму приобретается не 16-ти, а 40-срезовый томограф, хотя 40-срезовый томограф на конкурс не выставлялся. Разумеется, тут вопросов много, их разрешение как раз требует возбуждения уголовного дела, назначения экспертиз, допросов, очных ставок и так далее. То есть, уголовное дело возбуждено обоснованно, и следствие расставит все точки. Если следствие придет к выводу, что виноваты должностные лица, то им, разумеется, будет предъявлено обвинение. Ситуация в принципе очень простая, следствие идет полным ходом, все эти вопросы отрабатываются.

- Но если изначально было известно, что томограф дороже, поставщик и заказчик были в сговоре?

- С одной стороны, если мне предлагают продать кому-то 20-миллионный томограф за 63 миллиона, конечно, я соглашусь. Но чтобы мой томограф прошел, мне придется участвовать в торгах и скидывать цену. Но почему-то в конкурсе участвовала только одна фирма. Почему? Ведь в такой ситуации все дилерские компании должны были с восторгом принять участие в таком конкурсе. Вот следствие и разбирается, почему так произошло.

- Дело ведет некий неангажированный следователь. Он сам перевелся в Калининград или его сюда направили?

- Нет, никто не направлял. Сам попросился перевестись сюда не так давно назад из Хакасии.

- Министр здравоохранения была допрошена в качестве свидетеля. А есть ли подозреваемые?

- Нет, обвинение пока никому не предъявлено. Но подозрительного в этом деле очень много.

- Конкурс по томографу — единственный привлек внимание прокуратуры?

- Нас заинтересовали строительные объекты, у которых вдруг после завершения торгов выросли сметы. К примеру, строительство физкультурно-оздоровительных центров в Гусеве и Светлогорске, волейбольного комплекса на Сельме. Почему при его строительстве было затрачено средств больше, чем планировалось? Если фирма подрядилась построить объект за определенную сумму, значит, он и должен быть построен за эту сумму. Соответственно, они должны были знать заранее, что по их проекту волейбольная площадка не соответствует международным стандартам. В ситуации с ФОКами в Гусеве и Светлогорске конкурс выиграла московская фирма, в ноябре она должна оба комплекса сдать. Но даже аванс, который они получили — 116 млн. руб. по каждому комплексу - еще не освоены. Возникают вопросы. Ответить на них мы попросили Счетную палату, у которой есть соглашение с Генеральной прокуратурой. Мы предложили Счетной палате проверить расходование федеральных бюджетных средств на строительство волейбольного комплекса, ФОКов в Гусеве и Светлогорске, просим выяснить, что произошло с федеральными деньгами, выделенными на поддержку «КД авиа». А также проверить строительство Приморского кольца. Мы обратили внимание, что на строительство автодороги тратится очень много песка из наших карьеров, но почему-то налог на добычу полезных ископаемых, который должен поступать в муниципальные бюджеты, меньше, чем в прошлом году. У нас возникли вопросы, и мы предложили проверить — правильно ли расходуются бюджетные средства. Также мы предложили в будущем Счетной палате проконтролировать расходование денег на строительство новых школ.

- Почему уголовное дело о расхищении имущества больницы рыбаков возбудили только сейчас?

- Это областное имущество, оно должно быть сохранено в любом случае. К примеру, если у кого-то из квартиры что-то украли, собственник сразу бежит с заявлением в милицию. Почему-то к нам собственник этого имущества не обратился, и мы только из СМИ узнали, что в этой больнице пропало имущество, многие помещения приведены в непригодное состояние. Мы вместе с УВД стали интересоваться этими вопросами. Очень сложно было найти документы, инвентаризационные описи и т. д., чтобы найти, что там было и куда ушло. В конце концов, посчитали и установили — имущества не хватает почти на 250 тысяч рублей. Кто его украл — лица без определенного места жительства или должностные лица — неясно. Возбуждено уголовное дело по статье «Кража». Но, с другой стороны, должностные лица, ликвидируя больницу, обязаны были принять меры по сохранности этого имущества, либо передать другим ответственным лицам, либо выставить охрану. Так что здесь усматриваются и элементы халатности, и следственная часть УВД возбудила уголовное дело по статье «Халатность». Обвинение пока никому не предъявлено, но следствие разберется, кто должен был отвечать.

- Правда ли, что вы рассылаете телеграммы заслуженным учителям, которым областные власти отменили надбавки к пенсиям?

- Генеральный прокурор в последнее время декларирует правозащитную функцию прокуратуры, в апреле поправками в законодательство эти права прокуратуры были расширены. Нам достаточно любого обращения гражданина с просьбой о помощи. К примеру, не выплачивается зарплата на предприятии, мы помогаем им — обращаемся в суд, в этом году предъявили по долгам по зарплатам более 3000 исков. Аналогичная ситуация с заслуженными пенсионерами — с 1 января им не выплачиваются надбавки. Для пенсионера 433 рубля — нормальная сумма, поскольку пенсия у нас незначительная. Как правило, пенсионеры — люди в возрасте. Разумеется, поскольку они не получают свое положенное, мы их приглашаем в прокуратуру. Но никаких телеграмм или машин мы не посылаем — просто направляем письма, или они сами к нам обращаются. Мы обратились с представлением в правительство, что не исполняется требование закона об этих доплатах. Правительство пообещало внести поправки в закон, наполнить финансированием. Но пенсионерам жить надо каждый день, они не могут ждать, пока закон начнет наполняться финансированием. Поэтому мы обращаемся в суд.

- Знаменитое дело о вырубке голубых елей в который раз возобновляется по настоятельному требованию губернатора. Хотя вы как-то на своем брифинге сказали, что участок был выделен на законных основаниях.

- Уголовное дело возбудило УВД, чтобы проверить, все ли правильно было сделано. Проверили, дело прекратили. И прокуратура с прекращением уголовного дела согласна.

- Оно снова прекращено?

- Я точно не скажу, но мне кажется, что оно должно быть прекращено.

- Когда не так давно в очередной раз было прекращено уголовное дело по вырубке голубых елей, губернатор сказали, что позвонил лично генпрокурору.

- Мне об этом звонке ничего не известно, поскольку никаких обратных звонков из генпрокуратуры ко мне не поступало. А в принципе, обратиться к генпрокурору имеет право любой человек, в том числе и губернатор. И к генпрокурору обращаются многие жители нашей области, поскольку нам пересылают их заявления для разбирательства.

- Уже год продолжается это дело, только потому что оно под пристальным вниманием губернатора, оно продолжается. Но ведь у нас много таких дел, к которым хотелось бы такого же пристального отношения.

- Согласен. Есть общественно-значимые дела, которые на слуху и у власти, и у населения.

- Те самые, которые под личным контролем губернатора?

- Губернатор не имеет права вмешиваться в ход следствия. Он может обратиться к нам, посмотреть, все ли правильно сделано.

- Вы с губернатором часто встречаетесь? У вас не испортились отношения в свете последней ситуации?

- По крайней мере, я с ним отношения не портил, поскольку считаю, что отношения должны быть нормальными, деловыми у всех органов власти.

- Еще одна ситуация — Озерки. Обласные власти неоднократно просили прокуратуру разобраться с ситуацией, которая сложилась там с котельной.

- Да, там были вопросы с отоплением. Местная котельная на балансе нигде не значилась, заказчик ее строительства была администрация района, затем образовалось сельское поселение. Оно ее не хотело принимать на свой баланс, при условии, что придется ее оплачивать. И там возникла ситуация, что неделю не было отопления. Для нас, прокуратуры, проблема была именно в этом. Следственный комитет проводил проверку, но в возбуждении уголовного дела отказал — ведь тяжких последствий там не было. Что касается ситуации с подготовкой к зиме в этом году, мы интересуемся у наших райпрокуроров каждые две недели. Они докладывают, что делается в муниципалитетах, как идут ремонты, закупается топливо, ремонтируются сети. Сейчас докладывается, что все муниципалитеты в принципе 15 октября приступят к отоплению, в том числе и Озерки. Там вроде бы найден компромисс по этой котельной между районными властями и сельским поселением.

- Как Вы можете прокомментировать заявление губернатора, что «есть соответствующие полномочные органы, которые проверяют деятельность органов власти, к которым прокуратура не имеет никакого отношения».

- Прокуратура — особый надзорный орган, она имеет право проверять любые органы исполнительной власти субъекта федерации, муниципальной власти, федеральные органы власти, которые находятся на территории субъекта. Это написано в законе «О прокуратуре». Почему губернатор так сказал, мне, честно говоря, не понятно.

+303
Смотреть
график