14:09

Почему к малышу не приехали реаниматологи

  1. Новости


Дима был поздним и очень долгожданным ребенком. Он единственный сын пастора местной церкви Йозаса Баужи, у мамы малыша, учительницы информатики Виктории, от первого брака два сына - учащиеся колледжа.

- Димочке стало плохо в воскресенье после обеда, он попросился домой. Мы подумали - может, на солнышке перегрелся, - Дима ведь был чудесным ребенком, никогда не капризничал, - сквозь слезы рассказывает Виктория. - Он лежал в кроватке, не плакал, а просто кряхтел. «Скорую» мы ждали 45 минут, врач только погладила Диму по животику, сказала, что она не педиатр, помочь не может, нужно ехать в больницу.

В детском отделении Диму послушали и срочно отправили в реанимацию центральной горбольницы № 1. Там маленького пациента уже ждал консилиум.
- Врачи сделали снимки, сказали - левое легкое отекшее, нужно делать операцию, - продолжает убитая горем мама. - Медики звонили в Калинин-град, просили выслать реанимобиль из детской областной больницы, но им отказали - бригада на вызове. Потом вроде бы договорились...

Пока ребенку без обезболивания делали пункцию легкого, подключали к аппаратам, держать его на кровати за ручки и ножки пришлось родителям - специальных фиксаторов в реанимации не было. По словам Виктории, аппарата для откачивания жидкости из легкого не оказалось, доктора конструировали систему из капельниц и шприцев у них на глазах.
- Бригаду из Калининграда ждали три часа: бесполезно, - говорит мама. - В половине десятого вечера снова позвонили в детскую областную, а там впервые о нас услышали. Мы хотели отвезти Димочку в Калининград на своей машине, доктора не разрешили.
Калининград дал добро на перевозку ребенка только в 23.30 на «скорой» Советской горбольницы.
- В машине не было места для малыша, я держала его на руках, медсестра и врач вручную откачивали жидкость из легкого, - продолжает Виктория. - Водитель летел со скоростью 150 км по ухабам и ямам, трубки выпадали, мы останавливались, чтобы воткнуть их снова в тело ребенка. Дима просил пить, ему не разрешали... Он умер у меня на руках в час ночи, «скорая» не доехала совсем немного...
Реанимобиль вернулся в Советск ночью, Викторию высадили возле больницы. Тело сына не отдали: увезли в Калининград на экспертизу, которая показала - диагноз, установленный в больнице, был неточным: у мальчика оказалась серьезная врожденная патология - диафрагмальная грыжа.
- Патологоанатом сообщил мне, что ее можно было определить во время беременности на УЗИ, а после рождения смещение органов должно было «прослушаться» при осмотре, - завершает рассказ мама Димы. - Врач сказал: с таким диагнозом люди живут много лет, и сын мог бы жить и жить... Но мы ходили на прием к врачам регулярно, дважды лежали в детской областной больнице, никто так и не услышал, что сердце малыша бьется с другой стороны...
Журналисты «СК» приехали в Советск 30 апреля, в день похорон Димы. В доме, где он жил, - большая фотография, рядом фигурки ангелов. На скромной могилке, затерянной среди других захоронений, - конфеты и поминальные светильники, в них горят свечи.
- Это очень трагическая история, мы все переживаем, - нервничает главврач Советской ЦРБ Александр Белоусов. - Расследование установит, можно ли было определить патологию, пока дело не дошло до критической ситуации...
По словам Александра Белоусова, врач, наблюдавшая мальчика в детской поликлинике, - опытнейший педиатр, но и случай Димы Баужи редкий: желудок, селезенка и часть кишечника из брюшной полости переместились в район сердца и легкого. В первые месяцы жизни патология не беспокоила, а когда ребенок начал расти, органы стали давить на сердце и легкое. Опасное состояние, когда сердце сместилось вправо, могло развиться и за дни, и за считанные часы.

Главврач показывает нам отделение реанимации, в котором пытались спасти Диму, и машину «Скорой», на которой его везли в Калининград. Автомобиль получен по федеральной программе помощи пострадавшим в ДТП, оснащен современным оборудованием. Впрочем, в Советске сделать сложную операцию мальчику все равно бы не смогли - не тот уровень специалистов, что в детской областной больнице.
Смогли бы его спасти в Калининграде? На этот вопрос сегодня вряд ли кто-то ответит.

Только факты

Случаи гибели детей, о которых стало известно СМИ:
Январь. Настя Волкова умерла в роддоме № 4 Калининграда через три дня после рождения. Ее мать Ольгу Волкову, которая почувствовала себя плохо после процедуры озонотерапии, два часа возили из больницы в больницу - не принимал ни один роддом.
Февраль. Трехмесячная Полина Иванова из Черняховска умерла через 20 минут после плановой прививки. Официальная причина смерти - синдром внезапной младенческой смертности.
Февраль. Новорожденная Валя Лебедева погибла в роддоме № 4. По данным областного минздрава, состояние тяжести девочки было недооценено, ее необоснованно отключили от искусственной вентиляции легких.
Март. Врач «Скорой помощи» не увидел у двухлетнего Артема Козлова признаков менингококка. Мальчик погиб через 4 часа после визита «Скорой».
Апрель. От молниеносной формы менингококковой инфекции скончались 12-летняя ученица лицея № 35 и 3-летняя девочка из Зеленоградска.

Что в итоге: Почему произошла трагедия?

1. Виктория Баужа утверждает - реанимационную бригаду из Калининграда вызвали еще в 18.30, однако спустя три часа оказалось - в детской областной больнице о ситуации в Советске не в курсе.
2. В Калининградской области всего одна детская реанимационная бригада, медики иногда работают круглосуточно. После открытия Перинатального центра должна появиться вторая бригада, однако для нее во всей области пока не могут найти анестезиолога-реаниматолога.
3. Завотделением реанимации детской областной больницы Алексей Баутин рассказал - 26 апреля единственная экстренная бригада работала в больнице № 4 Калининграда. В Советск медики не выехали, поскольку у них не было достаточной информации о том, что состояние мальчика требует их вмешательства. Сейчас в больнице идет расследование этого случая.

Медицина бессильна

После поездки журналиста «СК» в Советск министр здравоохранения Елена Клюйкова позвонила ей на мобильный.
- Скорее всего, это случай, когда медицина бессильна, - сказала Елена Александровна. - У ребенка была тяжелая патология, кто знает, смогли бы его спасти в детской областной больнице...
- А если бы Дима жил не в Советске, а в Калининграде? Шансы были бы выше? - спросили у министра. Вопрос не случаен - буквально за день до похорон мальчика министр на коллегии главврачей призвала районные больницы сосредоточить усилия на ранней диагностике заболеваний. «Специализированную помощь больному должны оказывать узкие специалисты, которых достаточно в Калининграде», - сказала Елена Клюйкова. В случае с Димой эта система дала сбой - поставить ранний диагноз ребенку не смогли, а когда ситуация стала критической, до узких специалистов довезти не успели.

Сегодня мы пытаемся организовать здравоохранение по примеру европейских стран и США - открываем офисы врачей общей практики, усиливаем участковые службы. Вот только в той же Америке есть вертолеты, которые в считанные минуты доставляют пациентов до больниц, и дороги там нормальные, а не наши ямы да ухабы.

Может быть, новая система, внедряемая в нашей стране, и хороша. Но если такая же ситуация, как с Димой, возникнет с человеком, который живет в Немане или Славске? Если местные врачи не смогут установить ранний диагноз, и критическая ситуация возникнет неожиданно, человек будет просто обречен?

- Слишком много «если», - ответила Елена Клюйкова.

Кстати, журналисты «СК» выяснили - еще 3 года назад МЧС разрешило использовать свой вертолет медикам при экстренных ситуациях. На прошлой неделе в МЧС нам подтвердили - эта договоренность до сих пор в силе, и главврачу любой больницы достаточно обратиться к спасателям за помощью. Но за три года доктора не прибегли к помощи санавиации ни разу. Да и вряд ли рядовые главврачи знают об этой своей возможности.

+210
Смотреть
график