Семья Барсегян борется за здоровье сына, который страдает ДЦП. Калининградцы, несмотря на неутешительные прогнозы врачей, уверены, что их малыш Левон сможет ходить и разговаривать. Как рассказала Клопс.Ru мама больного мальчика Мелине, когда Левон только появился на свет, о страшном диагнозе никто даже не догадывался.
"Я родила сама и в положенный срок. Сначала всё было хорошо, Левон рос вроде бы здоровым мальчиком, но, когда ему исполнилось девять месяцев, я начала сравнивать его со своим вторым сыном Артёмом, который старше брата на три года. Мне стало не по себе: развивался Левон гораздо медленнее", — вспоминает Мелине.
Поняв, что с младшим сыном что-то не так, женщина начала водить Левона по врачам, чтобы выяснить причину отставания в развитии. Медики сначала недоумевали, почему женщина так настаивает на том, что у здорового на вид малыша что-то не в порядке.
Только спустя несколько месяцев, после компьютерной диагностики мозга, Левону поставили сразу несколько совсем неутешительных диагнозов.
"Врач вышла из кабинета, положила руку мне на плечо и стала рассказывать о том, чем всё это обернётся впоследствии. Мне тогда казалось, что я умираю... Мне сказали, что с такими диагнозами Левон должен вообще как овощ лежать и что я должна радоваться его подвижности. Что дальше будет хуже... Советовали не зацикливаться на ножках, а развивать у него интеллект... Мне даже предложили отказаться от него, мол, у вас же есть старший сын, который здоров, — Мелине начинает плакать. — Я даже мысли не допускаю о том, чтобы отдать своего сыночка. Мы с мужем будем стараться изо всех сил, чтобы Левон мог жить максимально полноценной жизнью".
Несколько диагнозов, изначально поставленных врачами, впоследствии не подтвердились, но и без этого в медкарте остался записан довольно внушительный набор недугов: ДЦП, спастическая параплегия (повышенный мышечный тонус и слабость нижних конечностей), задержка психоречевого развития, деформация стоп.
"Левон до сих пор не ходит и не разговаривает. Он всё понимает, но ответить не может. Передвигается только ползком: волочет за собой ножки, цепляясь за пол руками", — безжизненным голосом говорит Мелине.
Все эти годы семья боролась за то, чтобы у Левона была возможность развиваться: мальчика лечили в местном реабилитационном центре, возили в различные клиники в ближнем зарубежье.
"Не так давно побывали в Анапе, где сынок прошёл курс дельфинотерапии. Общение с дельфинами очень положительно на нём сказалось — он стал активнее двигаться, улыбаться", — рассказывает калининградка.
Но больше всего Левону помогла поездка в специализированный центр в Китае: там помимо стандартных массажа и ЛФК мальчику делали иглотерапию, а также специальную гимнастику по растяжке мышц.
"После лечения в китайском центре сынок научился сидеть на попе, стал немного передвигать ножки и даже вставать, держась за опору. Однако, чтобы достигнутые результаты не сошли на нет и чтобы прогресс продолжался, нужно проходить такие лечебные курсы каждые три-четыре месяца, — уверяет Мелине. — Но ведь мы и для той первой поездки собрали все наши накопления и взяли кредит. Теперь мы просто не знаем, где взять денег на следующую, и вынуждены просить о помощи".
На оплату лечения и расходы по организации поездки в Китай семье Барсегян требуется 1,1 миллиона рублей. Объявлен сбор средств в группе в соцсетях.