08.07.2015
09:41

Недалеко от Кафедрального собора такие страшные высокие здания засандалили, как будто не было другого места

Недалеко от Кафедрального собора такие страшные высокие здания засандалили, как будто не было другого места - Новости Калининграда
Участник войны, лауреат премии "Призвание", фотограф Олег Максимов – один из самых признанных и старейших летописцев Калининграда. Его произведения известны во всем мире, а литовский режиссер Дали Руст сняла про Максимова документальный фильм под названием "Хранитель времени".
Вместе с Олегом Павловичем корреспондент Клопс.Ru рассматривал старые снимки из его книги "Калининград. Эпизоды истории", выпущенной издательством "Живем" в 2009 году. Разговор шел о былом, о войне и о том, как менялся наш город.

Про детство

Мой дедушка Дмитрий Петрович был миллионером, владел крупным производством. Добрейший человек – всем помогал, построил несколько церквей и помогал престарелым. Зачем надо было его расстреливать? Дедушку обокрали большевики, все поотнимали, а потом оставили мою маму без отца.
Мой папа увлекся революционными идеями, когда работал на заводе фрезеровщиком. Расклеивал листовки, а спустя время стал вторым секретарем Архангельского губкома. Он познакомился с мамой, когда у деда конфисковывали имущество.
Мы жили в Москве, на Кавказе, потом отца направили на Дальний Восток, где поставили руководить леспромхозами.
Знаете, как Сталин убивал ненужных свидетелей? Сначала куда-то отсылал, чтобы отрубить все связи. А потом убирал. Папин друг сказал отцу, что его хотят убрать. Отец застрелился сам, чтобы спасти нас – другого пути не было, нас сослали бы в лагеря для детей врагов народа. По логике злодея иначе нельзя сделать – дети-то начнут мстить.
Мы с матерью вернулись в Архангельск.

Про войну

Когда уже громыхала война, я встретил друга детства. Он сказал, что идет учиться в школу юнг, и я тоже решил стать моряком. Мы получили дипломы машинистов 1-го класса. Во время войны служили на судах, которые подбирали раненых в море, когда подлодки топили большие корабли. Не передать ощущение, когда живыми возвращались на берег!
После войны я учился в мореходке в Кронштадте. Меня хотели оставить там преподавать, но я хотел служить, такой вот патриотичный паренек. Мы разминировали моря на тральщиках - безумно опасно, но кому-то надо было это делать.

Про первую встречу с Кёнигсбергом

Это было сразу после войны – в 1946 году. Мы плыли туда из Мурманска на грузовом судне "Умба". Добираться было очень опасно – оставались мины, были даже магнитные.
Мы стали на рейд, и я увидел Кёнигсберг! Замок - совсем рядом, почти целый, спасти можно было. А город, конечно, плохо выглядел, еще дымился, везде что-то догорало. Нас не пустили на берег, это было опасно. Но, несмотря на страшную разруху, город мне понравился.

Про работу на китобойце

Отслужив, я сделал рейс с китобойной флотилией "Слава", о которой пишу в "Дневнике китобоя". Эту книгу я давно хотел опубликовать. Все сам сверстал из собранного материала – получилось красиво. Рукопись пролежала много лет и могла погибнуть, если бы не мой сын Дмитрий. Он спас ее, поэтому я посвятил "Дневник" сыну.
Охота на китов обычно шла в акватории Антарктики. Китобойная флотилия состоит из базы и маленьких судов, с которых охотились. Это был опасный промысел. В океане часто встречаются айсберги, практически незаметные – чуть поближе подходишь, и все – капут. Сверху они облизаны волнами, а внизу лед в пять раз толще. Да и волны бывают выше четырехэтажного дома!

Репортажный снимок со встречи наших китобоев. Долгожданная встреча после долгой разлуки. Из книги "Калининград. Эпизоды истории". 

Про возвращение в Калининград

Город у меня засел в голове – такой необыкновенный, неразгаданный. После службы я решил вернуться и остаться. И уже больше 60 лет живу здесь. Город же роскошный, не чувствуете? Его восстановление далось очень нелегко, все население трудилось не покладая рук. К счастью, частично удалось сохранить немецкую архитектуру.
Позже началось строительство хрущёвок – людям было негде жить. Мы думали, что это временное решение, но, как видите, они живее всех живых.
Из книги Олега Максимова "Калининград. Эпизоды истории": "… речь идет не о простом восстановлении, а о реконструкции. Мы строим новый, социалистический город. Нам ни к чему узкие, кривые улочки. Мы не можем вернуться к прежней застройке. При которой улицы представляли собой сплошные ряды тесно поставленных друг к другу домов без санитарных и противопожарных разрывов, домов с маленькими окнами и широкими простенками, угрюмых, казарменных на вид. Это нам не годится! (В. Ходоковский, главный архитектор города).
В то время я начал сотрудничать с газетами и телевидением. Когда работал корреспондентом, одновременно снимал кино, писал, фотографировал – я был очень выгодным для редакции. Работал в "Калининградском комсомольце", потом в "Калининградской правде". В 60-х одно московское издательство попросило сделать альбом фотографий. В это время страна уже разворачивалась к старому, к сталинским временам. Редактор позвонил мне и витиевато сказал, что альбома не будет – из-за подтекста снимков.

Про фотографии

Недавно в художественной галерее была моя итоговая выставка. Это фотографии, сделанные за многие годы в разных уголках.
Из книги Олега Максимова "Калининград. Эпизоды истории": "… Дорогие товарищи! Пусть все колхозники, все работники совхозов включаются в поход за изыскание и использование внутренних резервов сельскохозяйственного производства. Сделаем все для того, чтобы пришло подлинное изобилие, чтобы весь наш народ быстрее вступил в коммунизм! (из письма секретаря партийной организации колхоза им. Кирова Гурьевского района С. Бочкова)".
Эту картину я сфотографировал, когда ехал в автобусе в Нестеровском районе. У меня был один миг, чтобы сделать кадр. В нем есть какая-то грусть. Возможно, в это время женщина осталась одна с ребенком - мужа забрали в армию или убил
Поистине художественную фотографию очень сложно сделать. Вся суть искусства в том, чтобы воздействовать на чувства человека и помочь ему самосовершенствоваться. Мне хочется, чтобы человек из сюжета снимка сделал выводы и стал лучше.

Однажды меня отправили сделать репортаж с полей. Я увидел такую картину: стоят два человека. Слева - лучший пахарь района, Герой Социалистического Труда, а справа – председатель колхоза. С большого расстояния я сделал кадр, как председатель отчитывает своего подчиненного.

Про дом на улице Тельмана

Мы живем в нашем доме лет 30, наверное. Здесь была абсолютная помойка – в подвале жижа, безобразие. Все мы сами привели в порядок. Это место считалось убитым, а район – не престижным, было плохо с газом и водой, казалось, что он далеко от центра. А сейчас здесь хорошо жить, все рядом: больницы, магазины, зона отдыха.

Про Верхнее озеро

Я видел озеро в Берлине такого же типа. Там нет каменных берегов – земля превращается в воду, все как в природе. В городе везде камни, бетон, а это могло бы быть местом, близким человеку. Вместо этого заковали все в псевдоукрашения. Раньше не было препятствий у воды, и дети играли рядом. Сейчас же даже нельзя опустить руку. С озера исчезают утки, лебеди – им же необходим берег, одной воды мало.
К тому же за всем теперь надо постоянно следить, ремонтировать. Человек стал рабом озера.

Про брусчатку

Нельзя заменять брусчатку – это же прекрасное покрытие, половина воды уходит сразу в землю. А если ее заливать асфальтом, куда будет уходить вода? Вся нагрузка придется на канализацию, а тротуары будут затоплены.

Про Королевский замок

Я всегда был сторонником сохранения Королевского замка. Это окупится много-много раз. Все фундаменты на месте, а это, наверно, треть затрат.
Из книги Олега Максимова "Калининград. Эпизоды истории": "Целесообразно пока оставить и развалины Королевского замка . Есть такая мысль: сохранить руины замка как символ протеста против войны. Может быть, над поверженными башнями будет реять гигантский голубь мира, может быть, мы установим на фоне развалин силуэт женщины-матери с ребенком на руках… Не исключена возможность создания на этом месте замка большого здания, где разместятся общественные организации Калининграда…" (В. Ходоковский, главный архитектор города)".
Тогда его снесли по идеологическим соображениям. Интеллигенция восстала против, после чего многих разогнали по другим городам. Меня бы тоже наверняка выгнали, я тогда был в командировке за пределами города.
Из книги Олега Максимова "Калининград. Эпизоды истории": "Товарищи, вот это у меня в руках коллективное письмо, недавно поступившее в ЦК партии. Среди более чем 50 подписей я вижу фамилии представителей нашей уважаемой интеллигенции: писателей, архитекторов, журналистов. О чем пишут эти уважаемые товарищи в Центральный комитет? Они пишут о том, что надо сохранить Королевский замок. Вот о чем они пишут! Кому, спрашивается, это нужно? С корнем выкорчевать гнездо германского империализма!" (из речи Н.С.Коновалова на собрании актива партийной организации Калининградской области 19 апреля 1968 года)".
Хорошо, что хоть Кафедральный собор не снесли благодаря Канту, а около него сделали парк. Кстати, я участвовал при закупке скульптур, которые там находятся. Сейчас остров Канта довольно мило выглядит. Но недалеко от Кафедрального собора такие страшные высокие здания засандалили, как будто не было другого места. Кто это прошляпил?

Про Дом Советов

Тогда мы думали, почему бы не построить его? Хорошее современное здание, рассчитывали, что будем под него строить другие. Сейчас оно разодрано на куски и брошено на произвол судьбы. Для его завершения нужно было вложить немного денег, и он стал бы обитаемым домом. Можно его оставить как символ эпохи, либо будет разумнее поставить на его место современное здание. Жалко, конечно, столько денег было угроблено.

Про площадь Победы

Она такая сумбурная, даже нельзя сказать, чего там много или чего не хватает. Когда построили красивый храм Христа Спасителя, он стал центром площади, на его фоне остальные здания поблекли.
Торговый центр "Европа" мне тоже нравится, но, к сожалению, нет точки, чтобы его можно посмотреть полностью. С одной стороны железная дорога, отойти некуда, а с площади тоже плохо видно. А оно сверкает, хочет, чтобы на него любовались.

Про историко-художественный музей

Когда председатель горисполкома Денисов решил восстановить бывшее здание Штадтхалле и разместить в нем историко-художественный музей, там были практически одни руины. Во время войны его бомбили, вспыхнул пожар, здание выгорело изнутри. А все, что уцелело, растаскивали на кирпичи.
Чтобы спасти Штадтхалле, Денисову нужно было получить средства из Москвы. Он попросил меня сделать фотографии с такого ракурса, чтобы создавалось впечатление, что здание не сильно пострадало и спасти его очень даже несложно. Мне дали альбом с фотографиями довоенного Штадтхалле, который я изучил, а потом нашел подходящий ракурс и сделал фотографии. Благодаря им Денисов получил деньги на частичную реконструкцию, и постепенно здание приобрело вид, которым мы сегодня можем любоваться.
Из книги Олега Максимова "Калининград. Эпизоды истории": "Созданный в 1946 году, музей развивался вместе с нашей орденоносной областью… Но особенно мы дорожим прямыми, живыми контактами с рабочими коллективами заводов, с тружениками хозяйств, которые обращаются к нам за помощью в деле трудового и патриотического воспитания молодых рабочих".
…Я прожил уже 86 лет. Это мало или много? За это время меня чествовали во многих странах мира: во Франции, Германии, в Литве, но больше всего в России – в Калининграде, который стал мне родным городом. Я его очень люблю и буду любить всегда.