16:45
Автор:

Большие деньги, рискованные романы и гильотина: в какие игры играли шпионы в довоенной Восточной Пруссии

Шпион - легенда, один из руководителей "Абверштелле "Кёнигсберг" Оскар Райле | Фото: Олег Черенин
Шпион - легенда, один из руководителей "Абверштелле "Кёнигсберг" Оскар Райле

Историк, автор бестселлеров "Шпионский Кёнигсберг" и "Очерки агентурной борьбы" Олег Черенин рассказал "Клопс", как потрясающе красиво шпионили в довоенной Восточной Пруссии и её окрестностях.

Вольный город Данциг

В 1920 году по Версальскому договору немецкий Данциг стал независимым городом-государством со своим законодательством. Например, иностранцам не нужны были визы для въезда,имелись и многие другие льготы и послабления. Благодаря своему особому географическому и юридическому статусу портовый город стал центром нелегальной международной торговли оружием, наркотиками, антиквариатом и тому подобным. Всё это шло через Данциг пароходами. Конечно, это обстоятельство в своих играх использовали спецслужбы, в том числе японские и китайские тоже.

В 1927-м советский разведчик Дмитрий Быстролётов пришёл к греческому консулу, имеющему, скажем так, отношение к нелегальной торговле наркотиками. Выдав себя за киллера из гонконгской наркобанды, Быстролётов в считанные минуты убедил консула выдать ему греческий паспорт. Позже разведчик беспрепятственно въехал по нему в США.

Легендарный немецкий шпион Оскар Райле в своих воспоминаниях называет Данциг европейской криминальной столицей. Город сыграл свою роль в том, что Кёнигсберг стал одной из европейских столиц международного шпионажа.

Абверштелле "Кёнигсберг" со штаб-квартирой в столице Восточной Пруссии отвечал за работу в Польше, Литве, Латвии, некоторое время — в Эстонии и в Советском союзе. Это была самая крупная региональная структура абвера. Она располагалась в Кёнигсберге на улице Кранцер-аллее. Сегодня это пересечение Невского и Артиллерийской. Здание сохранилось.

Руины тоже стреляют

Последним из довоенных советских консулов в Кёнигсберге был Андрей Киселёв. Точно неизвестно, являлся ли дипломат штатным сотрудником советской разведки, но это не значит, что он с ней не сотрудничал. После войны во время допроса пленный высокопоставленный офицер из абверштелле "Кёнигсберг" Вильгельм Крибиц заявил, что ему удалось установить все контакты Киселёва, от которых тот получал информацию, в том числе и о подготовке к нападению на СССР. Крибиц смог перевербовать эти источники. По этим контролируемым немцами каналам в Москву пошла дезинформация.

Крибиц — умный, хитрый, опытный, грамотный и безжалостный. Для нас — фигура зловещая. В абвер его зачислили в 1936 году, а после начала Великой Отечественной перевели в минское подразделение. Не без помощи завербованных при участии Крибица информаторов гестапо удалось выявить и уничтожить два состава подпольного обкома ВКП(б) Белоруссии — несколько сотен подпольщиков. Очень правдиво это показано в советском фильме "Руины тоже стреляют". Кстати, отдельные эпизоды снимались в Калининграде в 1971 году.

 Портал Кёнигсбергского полицайпрезидиума | Фото: Олег Черенин
Портал Кёнигсбергского полицайпрезидиума

Оскар Райле, шпион-легенда

Оскар Райле был высокопоставленным офицером полиции в Данциге, одновременно исполняя функции местного руководителя абверштелле. В 1934-м он официально перешёл на службу в абвер и стал, наверное, одним из самых эффективных офицеров-разведчиков Германии.

В данцигском подразделении абвера служили всего пять человек. Столь малое число кадровых разведчиков компенсировалось большим количеством завербованных помощников. Перед нападением нацистской Германии на Польшу в 1939 году речь шла о сотнях информаторов. В своих послевоенных мемуарах Райле упоминает некоего высокопоставленного офицера Войска польского, работавшего под псевдонимом пан Скупой. Поляки до сих пор не могут разобраться, кто это был. Скорей всего, Скупой служил на командной должности в одном из армейских корпусов вооружённых сил Польши.

В мемуарах Райле упоминает агента Кокино. Это сотрудник польской полиции высокого уровня, занимавшийся борьбой с незаконным оборотом наркотиков. Это не помешало, а скорее, помогло стать участником международной шайки наркоторговцев. Немцы про это узнали и сделали Кокино предложение о сотрудничестве, от которого он не смог отказаться. Кокино работал сверхэффективно. Польская контрразведка смогла его установить, и Кокино даже не стали арестовывать — его просто ликвидировали.

В своих мемуарах Райле описывает историю поручика Пьёнтека, в конце двадцатых годов прошлого века практически опустошившего для немцев сейфы польского Главного штаба. Пьёнтек завербовал своего приятеля. Качественная секретная информация потекла к немцам рекой. В конце концов поляки спохватились. Пьёнтека и его приятеля, поручика Урбаняка, арестовали и казнили. Это был провал абверштелле "Кёнигсберг", которому подчинялась данцигская контора абвера, на польском направлении. Но это было только начало.

Вдруг из абвера к полякам потекла информация о завербованных немцами агентах. Абвер понёс колоссальные потери: арестовали шестерых высокопоставленных информаторов. Все они получили большие сроки заключения. В абвере искали предателя. Под подозрение вместе со всем руководством абверштелле "Кёнигсберг" попал Оскар Райле. Позже выяснилось, что офицеру польской разведки Яну Хенриху Жихоню удалось завербовать адъютанта начальника данцигских штурмовиков, которого информировали о многих разведывательных мероприятиях. Жихонь имел только среднее образование, что не мешало ему быть опасным противником. Адъютант командира данцигских штурмовиков, когда запахло жареным, сбежал в Польшу.

Немцы были потрясены. После этого провала Оскара Райле отправили на Запад, где он и остался воевать. После войны Райле стал сотрудником службы Гелена — предтечи разведслужбы современной ФРГ. Здесь его соседом по кабинету был Хайнц Фельфе, руководитель немецкой внешней контрразведки и агент КГБ СССР по совместительству.

На фото: советский разведчик Дмитрий Быстролётов | Фото: Олег Черенин
На фото: советский разведчик Дмитрий Быстролётов

Полюбить шпиона

Литовская разведка перед войной была очень неплоха. Своим основным противником литовцы считали не только Германию и СССР, но и Польшу. Одна история из этого противостояния очень показательна. Она красноречиво говорит о тогдашних методах работы.

Высокопоставленный офицер польской разведки, работающий на литовском направлении, случайно встретил очаровательную женщину. И влюбился. Дама ответила взаимностью. Они начали встречаться на конспиративных квартирах польской разведки в Литве. А потом офицер стал приглашать подругу в свой офис. В один совсем не прекрасный для поляка день он проснулся с сильной головной болью. В углу стоял вскрытый сейф, из которого пропали сверхсекретные бумаги. Возлюбленная подсыпала сильнодействующее снотворное, и пока кавалер спал, женщина, работавшая на литовскую контрразведку, запустила в офис "медвежатников". Им удалось вскрыть сейф. Выстраиваемая десятилетиями польская агентурная сеть в Литве в течение двух дней прекратила своё существование.

А что случилось с тем польским разведчиком? Когда он понял, что литовцы его переиграли, то… пошёл работать к ним.

Вольный город Данциг, довоенное фото  | Фото: Олег Черенин
Вольный город Данциг, довоенное фото

Профессиональное превосходство

Разведчиков иногда называют рыцарями плаща и кинжала. Однако методы их работы в период между двумя мировыми войнами особым рыцарством не отличались. Например, история резидента французской разведки в Литве. К ней самое непосредственное отношение имели сотрудники абверштелле "Кёнигсберг". Через своего агента немцы получили информацию об активности французов, работающих против Германии. Французского резидента литовцы задержали по обвинению в совершении банального уголовного преступления — что-то, связанное с наркотиками. Германское консульство в Каунасе развило активную деятельность, пытаясь вытащить француза из этой неприятной истории. Резидент попал под подозрение собственного командования, но прямых доказательств предательства не было. Как, впрочем, и невиновности. В конце концов разведчик погиб в автомобильной катастрофе. После этого немцы, не без демонстрации своего профессионального превосходства, слили французам все подробности этой игры.

Ян Жихонь, офицер польской разведки |  Фото: Олег Черенин
Ян Жихонь, офицер польской разведки

Дело о растрате

В современных работах Владимира Илинича часто называют авантюристом. Похоже, это действительно так. Но склонность к аферам не помешала ему стать одним из самых эффективных разведчиков в мировой истории разведки.

Советский разведчик, резидент в Данциге, в двадцатых он сообщил на Лубянку, что ему удалось завербовать ни больше ни меньше как польского посла в Австрии. Это был колоссальный успех. Тем более что посла вскоре перевели во Францию.

О качестве поставляемой послом информации говорит тот факт, что её конечным получателем в Москве был лично товарищ Сталин. За свою информацию дипломат требовал очень большие деньги. Москва их давала, но Сталин попросил за ним присматривать. И неспроста. Выяснилось, что "завербованный посол" — вымысел Илинича. Всю информацию ему поставлял брат его жены, мелкий клерк, служивший в польском Министерстве иностранных дел. Илинича вызвали в Москву, где и расстреляли. По одной из версий, он не смог отчитаться за потраченные большие деньги, и разведчика расстреляли за растрату.

Данциг (Сегодня - Гданьск), до войны был одной из "криминальных столиц" Европы. |  Фото: Олег Черенин
Данциг (Сегодня - Гданьск), до войны был одной из "криминальных столиц" Европы.

Наши

С советской разведкой люди сотрудничали по разным причинам. Кто-то — по идеологическим соображениям, веря в пролетарский интернационализм и в то, что в СССР строят счастливое для всех общество. Но были и профессионалы, которые плевали на идеологию. Их интересовала их личная счастливая жизнь здесь и сейчас.

С марта 1923 года в Данциге начал работать Русский репатриационный комитет. Организация помогала эмигрантам, решившим вернуться на родину. Тогда в Данциге не было советского дипломатического представительства, и комитет выполнял некоторые консульские функции. Руководил им Артур Раубе, якобы немецкий коммунист.

О том, был ли Раубе разведчиком или просто авантюристом, спорят до сих пор. Не исключено, что и тем и другим. Один из руководителей польской контрразведки характеризовал господина Раубе как "шпионского наёмника и нигилиста", человека без убеждений, готового сотрудничать со всеми, кто ему полезен. В одном из документов польской контрразведки говорится, что "Раубе делит своё время между игрой в казино в Сопоте и составлением информационных сообщений для советской разведки".

Одним из сотрудников Репатриационного комитета стал бывший белогвардейский капитан Иван Белянин, работавший до этого на польскую разведку. Поляки не простили предательство и распространили слух, что комитет создан на польские деньги и является "крышей" для польских шпионов. В местной прессе стали появляться публикации о противоречивом характере деятельности РРК. Пресса обвиняла Раубе и Белянина в работе на "разведку большевиков".

Поляки арестовали несколько человек, имеющих отношение к комитету. Русские эмигранты начали шарахаться от него, а одна из белых эмигрантских организаций приговорила Белянина, который засветился в СМИ как польский шпион, к смертной казни. Правда, с оговоркой, что приговор будет приведён в исполнение после "свержения ига большевиков".

Белянин понял, к чему всё идёт, и сам пришёл к своим бывшим начальникам в польскую охранку. Он покаялся. Ему поверили и отправили Кёнигсберг, где Беляниным заинтересовались в абверштелле. Белянина спросили о его работе на польскую и советскую разведки. Разведчик дал исчерпывающие ответы и охотно завербовался. Уже в качестве немецкого агента Белянина направили в… вольный город Данциг — работать против поляков.

Часто призом для завербованных агентов были большие деньги. Но "гонораром" за провал служил смертный приговор. В Германии шпионов казнили в том числе и на гильотине.

Гильотина, стоявшая во внутренней тюрьме Кёнигсбергского полицайпрезидиума.  | Фото: Олег Черенин
Гильотина, стоявшая во внутренней тюрьме Кёнигсбергского полицайпрезидиума.

Приглашение на казнь

Была своя гильотина и в Кёнигсберге. В архивных документах она упоминается с 1939 года. Гильотина стояла во внутренней тюрьме Полицайпрезидиума — ныне это здание областного управления ФСБ. При помощи гильотины казнили не только шпионов, но и всяких других врагов национал-социалистов. При этом по партийным организациям Кёнигсберга среди особо активных членов распространялись пригласительные билеты на казнь.

Гильотина была электрической. Когда палач нажимал на кнопку и нож падал, в здании на несколько секунд гас свет. Заключённые знали, что происходит…

Электричество, услуги палача, его помощников и присутствующего в обязательном порядке врача по законам рейха должны были оплачивать родственники казнённого. Им по почте приходил специальный счёт. После войны нож кёнигсбергской гильотины был отправлен в Минский музей криминалистики.

О том, как в Кёнигсберге работали советские разведчики, читайте здесь.

4 336