02.11.2011
14:01

«Детскую площадку построили на месте скотомогильника»

«Детскую площадку построили на месте скотомогильника» - Новости Калининграда

После выхода на пенсию в 1992 году Людмила Александровна ни разу не была в зоопарке.

– Отношения с новым директором как-то не сложились, – объясняет она. – В советах моих никто не нуждался.

Возможно, Людмила Воронина так и не сходила бы больше в зоопарк, если бы до нее не дошел слух, что городское руководство собирается объединить его с парком «Центральный». Людмила Александровна решила лично объяснить председателю комитета по соцвопросам Алексею Силанову (в чьем ведении находится и зоопарк. – Прим. авт.), почему нельзя объединять столь разные хозяйства, и попросила журналистов «СК» организовать встречу с чиновником. 17 октября Алексей Силанов ждал Людмилу Александровну у себя в кабинете. Накануне она впервые за последние 19 лет решила посетить зоопарк, чтобы понять, что он сейчас из себя представляет. Многое из увиденного, по ее признанию, повергло в шок. Вот лишь некоторые наблюдения Людмилы Александровны, которыми она поделилась с нашей газетой.

Общее впечатление

Кошмар. Кругом грязь и запустение. Зоопарк фактически погублен. Я понимаю, что на многое не хватает денег, но мусор-то убрать можно! Несложно так же лестницы починить, привести в порядок деревянные домики у копытных. Там надо-то всего по паре бревен сгнивших поменять у основания.

Олени, козлы и бараны

Животные лежат фактически в грязи. Почему не сделать настилы? Доски – я посмотрела – на хоздворе есть.

Вызывает тревогу и то, что сено и зерно выкладывается прямо на землю. Ведь вместе с кормом в организм может попасть зараза. Стоит ли удивляться, что в останках погибших недавно кенгуру была обнаружена кишечная палочка? Деревянные кормушки может сделать любой плотник за 20 минут.

Медвежатник

Больно смотреть. Вольер требует серьезного ремонта. Может быть, даже силами сотрудников зоопарка, раз других вариантов пока нет. Белая медведица настолько стара и плоха, что, наверное, не имеет смысла ее показывать людям. Какое удовольствие смотреть на то, как она мучается? ( 31 октября стало известно, что медведица умерла в возрасте 38 лет. Это запредельный для медведя возраст.)

Пингвинник

Крыша сооружения была покрыта алюминиевыми пластинами. Сейчас их нет. Конструкция деревянная – гниет от сырости. Даже толем пингвинник не накрыли…

Детская площадка

Она расположена у второго входа – со стороны улицы Чайковского. Там много-много лет назад были зарыты туши слона и бегемота. Так сказать, в научно-просветительских целях. Животные не болели, не были ничем заражены – умерли от старости. Я думала потом извлечь кости, составить скелеты и разместить все это в музее… Вот зверей и похоронили в зоопарке... Но зачем именно на этом месте было размещать детскую площадку – я не понимаю.

Бегемотник

Я зашла и обомлела. То, что вода грязная, – это полбеды. Прямо в помещении лежит примерно полтонны сена. А в бегемотнике жарко, влажность большая – идеальные условия для развития грибка. Нельзя там сено хранить. Ни в коем случае! В день бегемот съедает где-то центнер сена. И когда я была директором, сено возилось ему с сеновала каждый день. Это помогало не допустить вспышки аспергиллеза.

Обезьянник

Я не понимаю, к чему было ломать крепкое здание 1976 года постройки и возводить на его месте примерно то же самое за огромные деньги.

Я побывала внутри – там множество нарушений техники безопасности. Чего только стоят трубы с вентилями в клетках. Обезьяны сломают их в первые пять минут после заселения... Я так и не поняла, как будут мыть огромные стекла внутри. Дверь в клетку крохотная, а служебные проходы узенькие – большую лестницу не пронесешь. Да много еще у меня вопросов. Например, зачем было расписывать стены пейзажами? Во-первых, это не бог весть как высокохудожественно, а, во-вторых, обезьяны, которые не являются большими аккуратистами, вмиг измажут всю эту «красоту» экскрементами, и она будет постепенно смыта. Уверена, что сотрудники зоопарка еще не раз вспомнят недобрым словом тех, кто проектировал сооружение и принимал решение о строительстве.

– Вот все это я и рассказала Алексею Силанову, – говорит Людмила Воронина уже после встречи. – Попыталась донести до него две мысли: о том, что нельзя доверять зоопарк тем, кто им руководил до сих пор, и что нельзя вручать судьбу животных человеку, не понимающему в биологии и зоотехнике. Даже если этот человек хороший управленец. Объединение с парком аттракционов окончательно добьет дышащий на ладан зоопарк... И вообще – нельзя сделать зоопарк коммерчески успешным предприятием. У него другие цели и задачи. Главным образом – научные.

Алексей Николаевич меня внимательно выслушал, поблагодарил за неравнодушие, но ничего обещать не стал.