"От боли не мог даже плакать": мама шестилетнего Кирилла о полученной в детсаду травме и выигранном суде

Осенью прошлого года Кирилл Поздняков из пос. Прибрежного во время прогулки в детском саду получил тяжёлую травму позвоночника. В то время мама мальчика была в декрете с третьим ребёнком — трёхмесячным малышом. С грудничком на руках — по очереди с родственниками — она выхаживала Кирилла в больнице.

 

О том, что за этот год пережила семья Кирилла, Клопс.Ru рассказала мама мальчика Марина Зиннурова. 

"Это произошло 8 сентября 2015 года, — говорит Марина. — Всё утро шёл ливень, но детей вывели на прогулку. Пока был сильный дождь, они сидели в беседке, потом их выпустили на территорию. Сын побежал к турнику, но конструкция была мокрая, и когда он делал кувырок — у него соскользнули руки. Высота вроде небольшая, но Кирилл сильно ушибся спиной о землю". 

 

Позже Кирилл расскажет маме, что от удара и боли у него перехватило дыхание и он даже не смог позвать на помощь и подняться на ноги. Мальчик дополз до середины участка, пока его не заметила воспитатель. Она донесла ребёнка до скамейки и усадила. Кирилл не переставая плакал. Позже воспитательница позвонила маме и сообщила о происшествии. 

 

"Я схватила младшего и помчалась в садик, — продолжает Марина. — Кирилл мальчик не капризный и обычно быстро успокаивается. А тут он всё плакал и плакал. Пока я с ним разговаривала на улице, к нам подошла заведующая садиком. Она уговаривала не вызывать скорую, но я уже поняла, что дело плохо, и вызвала бригаду неотложки".

 

Врачи погрузили ребёнка на носилки и повезли в детскую областную больницу. Сделали рентген, и доктор сказал, что у Кирилла компрессионный перелом двух позвонков. Компьютерная томография показала перелом восьми позвонков — с третьего по десятый. Ребёнка сразу госпитализировали. 

Компрессионный — от слова "компрессия" (сдавливание). При таких травмах часто повреждаются не только позвонки, но и мягкие ткани — мышцы, связки, межпозвонковые диски, нервные корешки. Одни из самых серьёзных последствий компрессионного перелома — нестабильность позвоночника и травмы нервных окончаний.

 

Даже при переломе одного позвонка человеку необходимо несколько недель лежать на растяжке без движения. Что уж говорить о восьми! 

 

"Месяц мы провели в больнице, — вспоминает Марина. — У постели сына дежурили по очереди: я, бабушки, дедушки, крёстная. Кириллу нельзя было вставать, садиться и даже переворачиваться на бок. Кормили с ложки. Сначала его положили в палату, где было очень много детей. Места для взрослых не было, мы размещались в проходе. В детском саду нам пообещали помочь и предложили оплатить отдельную палату — сказали, принесут деньги в больницу. Мы согласились, но обещанные 25 тысяч рублей нам так и не принесли. Пришлось платить самим".

Когда Кирилла выписали из больницы, мучения, по словам мамы, не закончились. После месяца лежания у мальчика атрофировались мышцы ног — он фактически заново учился ходить. Страдал из-за множества ограничений: нельзя было сидеть, бегать, прыгать, делать резкие движения, поворачивать голову… 

 

Приходилось ежедневно делать лечебную гимнастику, водить мальчика в бассейн, на массаж, ЛФК и другие процедуры. Дважды бабушка возила Кирилла в санаторий. 

 

"Он с большим трудом перенёс этот период, — говорит мама. — Представьте: все дети бегают и играют, а он чуть ли не со слезами наблюдает за ними. Нам даже приходилось посещать психолога: у Кирилла развились фобии, он стал бояться темноты, и мне постоянно приходилось быть рядом с ним — даже ночью. После травмы прошло больше года, но окончательно его здоровье ещё не восстановлено. Освобождение от физкультуры — до марта 2017 года. Сейчас опять поедет в санаторий. А последствия такой травмы могут проявиться в течение всей жизни". 

 

Детский сад №99, куда ходил Кирилл

 

По словам Марины, садик обещал помощь, но семья так и не дождалась какой-то значимой поддержки. Мальчика несколько раз навестили. И всё.

 

Семья Кирилла решила защищать права ребёнка и подала иск к дошкольному учреждению о компенсации морального и материального вреда. Московский районный суд пришёл к выводу, что основания для этого есть. В общей сложности с дошкольного учреждения взыскали 275 691 рубль в пользу семьи.

"Удивительно, но вместо того, чтобы оказать помощь ребёнку и его семье в трудной ситуации, заведующая наняла адвоката и доказывала в суде свою невиновность, — говорит представитель семьи, юрист Галина Слепова. — Заведующая утверждала, что родители ребёнка хотели улучшить своё материальное положение за счёт средств, взысканных с учреждения. В семье трое детей, и Кирилл спал на втором этаже двухъярусной кровати. После травмы ему пришлось перебраться вниз. Родители переделали спальное место, это обошлось в 5 тысяч рублей. И в этом пытались увидеть умысел!"

 

Представители детского сада обжаловали решение Московского районного суда, но областная инстанция признала решение судьи Московского района Инны Гуляевой законным и обоснованным.

 

По словам юриста, судебно-медицинская экспертиза установила, что здоровью Кирилла был причинён тяжкий вред. Уголовное дело возбуждено, однако за несколько месяцев никому не предъявили обвинение. 

 

Как сообщили редакции в пресс-службе УМВД по Калининградской области, летом в отношении воспитательницы детского сада возбудили уголовное дело по статье 118, часть 1 Уголовного кодекса РФ ("Причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности"). Сейчас дело находится в стадии расследования.

"Сын в садик не ходит. Я слышала от других родителей, что там говорят, будто из-за нас у детсада намечаются серьёзные финансовые проблемы", — говорит Марина.  

 

Клопс.Ru обратился в комитет по образованию Калининграда, чтобы уточнить, из каких средств выплачиваются подобные компенсации и как это может повлиять на материальное благосостояние и "довольствие" дошкольного учреждения. В ближайшие дни чиновники пообещали прокомментировать этот вопрос. 

 

Редакция связалась с заведующей детским садом № 99 Ларисой Копычёвой. 

 

"Как мы будем возвращать эти деньги, я не знаю. Думаю и ночами не сплю, — посетовала она. — Будем просить рассрочку платежа. Решение суда есть, ребёнок получил травму. Это факт. Никуда от этого не деться, даже если мы себя виновными не считаем".